Стукач. Роман

– Батюшка Ферапонт все еще служит в храме? – вновь спросил гауптман.

– Батюшку Паисия и диакона Ферапонта перед самым началом коллективизации арестовали. Осудили за антисоветскую пропаганду и агитацию… – вновь понял подвох пленный.

– Я их совсем молодыми знал, когда они только начинали службу в храме. А храм мой дед построил в благодарность Господу за то, что уцелел на Балканской войне (русско-турецкой войне 1877—1878 годов – авт.). Из самой Москвы архитектора приглашал.

– Колхозное зернохранилище там сейчас, – угодливо заюлил Колька.

 – Крест, колокола комсомольцы сбросили, иконы ободрали…

– Экие мерзавцы! Ну ничего, скоро мы крест на купол возведем и службы возобновим. Я – владелец тех земель – Дубасов Владимир Петрович. По нашей фамилии село назвали. Скажи-ка, братец, – глянул в красноармейскую книжку гауптман. – Откуда у тебя, такого молодого три дочери? Даже не верится.

– А вы, ваше благородие, съездите в Пензенскую область, в село Дубасово и проверьте! – обнаглел Колька.

Владимир Петрович хохотнул, перевел слова пленного немцам.

Те дружно захохотали.

– Крайний срок – четыре месяца – будем в Пензе. Тогда проверим. Сейчас, боец, рассказывай начистоту сколько человек держит оборону. Кто командир полка? Количество орудий и пулеметов.

– Командир полка и весь штаб погибли. От полка остался батальон. Это мой бывший ротный, капитан Скопцов сказал. Он полк принял. Все пулеметы уничтожены. Патроны и гранаты имеются в достаточном количестве. Не все такие умные, как я. Намерены сражаться до последнего…

– Артиллерия?

– Командир дивизиона – майор Дарьин.

Сколько у него пушек – не могу знать! – вновь вспомнил Колька слова из фильмов. – Уж, очень лихо он их маскирует. А вообще-то ждут они приказа об отступлении или подмоги.

– Какая подмога? Сам видел, как германцы штаб дивизии и прикрывавший его полк разнесли! Говорил я этим «красным» дуракам: «Сдавайтесь! Вы окружены!» Больше их уговаривать нет возможности. Машину с репродуктором они сожгли. Я едва успел из нее выскочить.

Конец им! Что-то твое здесь имеется? – Дубасов указал на часы и портсигар Лифанова, еще один серебряный портсигар, финку.

– Никак, нет, ваше благородие!

– Пойдем! – сгреб трофеи и направился к выходу гауптман.

Вася Зайцев и еще один пензяк – Дима Ишутин сидели под крыльцом под охраной пары разведчиков, взявших троицу в плен.

– Господа военнопленные! – обратился к ним Дубасов. – Нашим солдатам приказано отбирать у взятых в плен оружие и документы.