Стукач. Роман

Еще одна тень метнула бутылку с зажигательной смесью в халупу, где обретались военнопленные. Колька бросился на перехват. Получил удар ножом. Прикрылся рукой, которую обожгла боль. Поджигатель лихо перемахнул через ограду и был таков. Клаус отшвырнул доску, подпершую дверь. Выпустил рабов. Его перевязали. Как ни старался Казаков привлечь пленников к тушению огня, те, не шелохнувшись, тупо смотрели на пламя. Пока вызвали пожарников, пока они доехали, от завода остались лишь кирпичные стены. Следом приехали эсэсовцы и военные в черных мундирах – гестапо.

Прибыл переводчик, в коем Колька узнал господина Дубасова. У него были другие погоны, черный крест на шее. А вот левая рука отсутствовала. Владимир Петрович тоже узнал земляка, поздравившего его с новой наградой.

– Рыцарский крест дали, чин майора, зато руку пришлось оставить под Москвой, – вздохнул тот. – Как же ты, братец, допустил поджог? Зерно, мука погибли. Сколько времени уйдет на восстановление производства, одному Богу известно…

– Спали все, ваше благородие! Вон, и нашу казарму запалить пытались.

Точно, поляки подожгли! Их рук дело! Надо бы посмотреть, кто из них на заводе работал…

– Посмотрим!

Появился герр Август. Сдерживая слезы, сокрушенно качал головой. В этот момент во двор въехал почтальон на велосипеде. Протянул Коменскому пакет. Дед вытащил бумагу с имперским орлом. Прочитал.

– Нет завода. Нет сына. Жизнь прошла мимо, – разобрал поднаторевший в немецком Колька.

Дед дернулся, перекосился лицом, рухнул, гулко стукнувшись головой о брусчатку.

Дубасов, что-то крикнул немцам. Посмотрел на старика, подобрал бумагу.

– Инсульт, – сказал он и перевел содержание документа. – Ваш сын – ротенфюрер СС (старший ефрейтор – авт.) Франц Коменский пал смертью героя на подступах к Сталинграду.

Допросили всех рабов. Гестаповцы отбыли на биржу труда, выяснять: кто из поляков работал на заводе герра Августа, увезенного «скорой помощью» в больницу для немцев. Пленных погрузили в крытый фургон и отвезли в дом, откуда все они попали в заведение Коменского.

Там же Кольку «заштопал» без всякого наркоза пленный военврач. Через какое-то время явился Дубасов.

– Эсэсовцы хотели всех вас расстрелять на месте, – сообщил он Кольке. – С большим трудом удалось убедить их не делать этого. Гестаповцы помогли. Сказали, что наверняка – это польская диверсия. Сейчас у поляков много всяких подпольных организаций развелось. Ну а вас вместе с другими отправим в Голландию. Есть такая страна.