Жесть. Триллер

Сколько у него геройских звезд и премий? А, видишь, как его задвигают? Думаю, скоро его всех званий, наград и премий лишат, а самого или под упомянутую тобой пятьдесят восьмую подведут, или в психиатрическую клинику определят. Помнишь наших студентов Старовойтова и Кулигина?

– Конечно, помню! Талантливые ребята!

– Этих «талантливых» задержали с какой-то сахаровской пачкотнёй. Где они? Не знаешь? А меня, знаешь, как манежили? Повезло, что парни оказались психически не здоровы. Понятно, – учеба, нервные перегрузки, стрессы во время сессий… В психушке оба на излечении!

Вадик вспомнил умненьких, интеллигентных Женю Старовойтова и Валю Кулигина.

Оба пропали в один день более года назад. Никто не мог докопаться: куда делись парни? Через полгода о них забыли.

Как во сне Вадик добрел до деканата, получил диплом и нагрудный знак, справку о свободном трудоустройстве.

– Как при Сталине! – подумал, выходя из института.

Дома Вадик открыл бар, вытащил бутылку голландского ликера «Боллс» и впервые в жизни напился до бесчувствия.

***

Вечером того же дня Муромцева-среднего вызвал к себе начальник – генерал-лейтенант Михайлов. Александр Николаевич дружил с Михайловым более четверти века, с войны, с училища. Друзья служили вместе в Ленинграде, в Таллине, в Египте. Затем пути их надолго разошлись, чтобы встретиться в Москве. Когда вернувшегося из загранки Муромцева министерские кадровики предложили в заместители Михайлову, тот ответил, что о лучшем заме и не мечтал. Семь лет друзья работали рука об руку, взаимно дополняя друг друга.

Предложив Александру Николаевичу сесть, Михайлов достал коньяк, разлил по стаканам. Выпили.

– Хреновые дела! – сказал Михайлов, закусив лимоном. – Уходить в запас тебе надо, Александр Николаевич. Дважды ты подавал об этом рапорты, дважды у тебя на глазах я их рвал. Сейчас прошу – подай рапорт!

– Что случилось, Алексей Борисович? – недоуменно спросил Муромцев. – Наше управление работает сейчас, как никогда, хорошо! Все задачи, поставленные руководством Министерства обороны, полностью выполняем!

– У тебя есть брат, Муромцев Владислав Николаевич?

– Есть…

– Хреново с твоим братом.

Гульнул он с родней кого-то из Политбюро. Понравился ей. Словом, захотела дамочка за него замуж. А он – ни в какую: не брошу семью! Женщина к своему родственнику. Тот велел «задвинуть». «Копали» сначала по проведению вступительных экзаменов и зачислению в студенты, потом – аспирантуру и докторантуру.