Рассказы дециллионолетнего человека

Поэтому не появилось ни супер-компьютеров с искусственным супер-интеллектом, ни сверхлюдей.

К моим семидесяти годам мир изменился до неузнаваемости: люди полностью отказались от биологической основы. Теперь у человека не было единого образа. Каждый выглядел так, как ему было нужно: большой, маленький, с руками, ногами, колесами, крыльями, группой разрозненных элементов. Сознание к этому времени полностью перешло на информационные носители и транслировалось на те объекты, которые можно назвать телом. К тому моменту из человеческого от нас оставался только чистый разум.

Чистым разумом я называю ту часть сознания, которая не подвержена гормональной стимуляции такой как: жажда, голод, секс, любовь, агрессия и многое другое.

Перестали появляться семьи, перестали рождаться дети. Остановилась эволюция. Вот и ответ на первый вопрос, почему мы, спустя такое время, остаемся примерно на том же уровне умственного развития. Эволюция происходит через смерть и рождение. А собаку никогда не обучишь быть человеком, даже если она и проживет миллиард лет.

В тот момент мы еще были на Земле, у нас по-прежнему были руки или их аналоги, мы еще пользовались инструментами, поэтому наука пока еще продолжала развиваться. Спустя еще несколько десятилетий мы наконец смогли уйти и от материи. Люди вступили в новую эру – эру «Почти», как я ее называю. Самым последним изобретением человека стала нематериальная плоть. Мы перестали быть материальными. У нас не стало формы и размеров, мы стали чем-то похожими на привидения или души.

Мы с тех пор и по сей день – некая субстанция без плоти и крови, не состоящая из привычных молекул и атомов, у нас нет конечностей или органов чувств. Мы – кусок пространства, обладающего сознанием.

Если быть точным, мы не материальны почти. То есть бесконечно большая доля меня нематериальна, но не 100%, иначе я бы не смог взаимодействовать с окружающей средой и следовательно: видеть, слышать, чувствовать. Я, конечно, не имею привычных глаз или ушей, но своей бесконечно малой долей материальности я взаимодействую с окружающей материей и излучением.

Практически не имея материи (а если быть точным – то из чего я состою лишь ничтожно малую долю материально) мне почти не требуется энергия для существования. Мне почти не требуется энергия для перемещения и, соответственно, я могу почти разогнаться до скорости света. Быстрее света – уже нет. И самое интересное, на скоростях, близких к скорости света, на меня почти не действуют релятивистские эффекты.