Секретный агент по морскому делу

Предчувствовал Василий Иванович, что видит своего каптенармуса едва ли не в последний раз.

Плещеев никогда не бывал в столь высоких покоях. С понятной тревогой передал он предписание дежурному офицеру. Пока провожатый вел Плещеева по коридорам дворца, молодой гвардеец все время оглядывался по сторонам, любуясь несказанной красотой и величием главной резиденции российских императоров. Наконец, он оказался в небольшом помещении, где рядом с массивной дверью за столиком сидел человек непонятного возраста и что-то писал.

Был он одет в синий камзол, на ногах коричневые тупорылые ботинки, икры плотно обтянуты белыми чулками, на голове красовался сильно напудренный парик с буклями.

– Плещеев? – строго вопросил он, глядя сквозь круглые очки.

– Так точно.

– Ждите, – приказал он и скрылся за дверью, вернувшись через минуту, снова принялся что-то писать. – Не стойте истуканом, присядьте в кресло, – повелительно предложил человек.

Плещеев присел в красивое белое гнутое кресло, украшенное золоченой инкрустацией, впрочем, ему оно показалось не очень удобным.

Умудренный опытом кабинет-секретарь Адам Васильевич Олсуфьев знал, что говорил, когда предложил Плещееву присесть, ждать пришлось изрядно, поскольку в соседнем помещении государыня и вице-президент адмиралтейств-коллегии горячо обсуждали будущую экспедицию и каждую кандидатуру к отправке на британские острова.

– Должна сообщить вам, Иван Григорьевич, что после разговора с вами отослала я письмо другу нашему и самодержцу британскому Георгу и не далее как третьего дня получила величайшее соизволение на то, чтобы послать в обучение морскому делу двадцать волонтеров.

Пожелала я, чтобы люди наши частью проходили обучение на кораблях, а частью на верфях адмиралтейства. Обещано оказать нам всяческое содействие и распределить учеников по кораблям флота английского.

– Сие весьма примечательно, ваше императорское величество, я же со своей стороны подготовил кандидатуры числом двадцать пять.

– Давайте взглянем.

Екатерина прищурилась, потом, как бы стесняясь, приложила к глазам пенсне. Она прошлась по списку сразу, решительно вычеркивая некоторые фамилии, руководствуясь какими-то своими соображениями, о некоторых персонах советовалась с Чернышевым. В результате осталось девятнадцать человек.

Чернышев начал было сетовать на то, что он не сможет быстро подобрать еще одного достойного кандидата.

Портрет И. Г. Чернышева (1780 – 1790-ее гг.). Худ. Д. Г.