Идеальное убийство

И постепенно эти бабочки-фантазии, будто частицы мозаики, сложились в чудесный узор, который, будь я художником, я запечатлел бы на холсте, и, уверен, эта картина прославила бы меня. Но я был писателем, и владел не кистью, а словом. Поэтому мой восторг вылился в рассказ. Я поспешил домой, чтобы успеть записать его, пока он не растаял, как туман на рассвете. По пути я мысленно повторял рождающиеся фразы, чтобы не забыть их, и постепенно убыстрял шаг, а вскоре уже почти бежал. Как смерч, я ворвался в свою комнату, сел к ноутбуку и, как пианист по клавишам рояля, ударил всеми пальцами разом по клавиатуре…

Уже через полчаса рассказ был написан.

Вернее, записан, потому что я просто набирал на клавиатуре слова, которые неудержимым потоком лились из моей головы. Перечитав рассказ, я понял, что не хочу изменить в нем ни одной строчки. Такое случилось со мной впервые. Я даже не мучился над его заглавием, что также было необыкновенно. «Девочка с небесными глазами». Надо ли говорить, о ком я думал, так называя его…

«Он встретил ее слишком рано, чтобы захотеть удержать. Да и как удержать вспышку молнии, падающую звезду или любовь, которая еще не расцвела?

– Девочка с голубыми, как небо, глазами, кто ты? – спросил он.

– Я не знаю. Я брожу по миру, собираю цветы, пою песни, любуюсь восходами и закатами. И мечтаю.

– Девочка с небесными глазами, почему ты одна?

– Я еще не встретила человека, который, как и я, любил бы по ночам смотреть на звезды и просыпаться на рассвете от щебета птиц с улыбкой.

– Девочка с глазами цвета неба, куда ты идешь?

– Я иду за синее море, туда, где в полях колосится густая рожь, леса светлы, прозрачны реки, и все люди счастливы, а отчего – не поймешь.

– Ты вернешься?

– У тебя тоже голубые глаза, но они холодны, как лед, – ответила она. – Прощай!

Прошли годы, и лед в его глазах растаял.

Теперь в них плескалось синее море. И когда ему становилось грустно, и море темнело, он вспоминал о девочке с небесными глазами и переставал чувствовать себя одиноким. И это давало ему силы жить».

Мне казалось это лучшим из того, что я когда-либо написал. Но мне было нужно подтверждение, чтобы рассеять последние сомнения. И я знал, к кому обратиться.

Мария, по обыкновению, работала, уютно устроившись на своем диванчике.