Безмолвное падение

– Полицейский, который вчера приезжал, – я кивнула и отпила кофе, надеясь на то, что продолжения данной темы не последует.

– Тот красавчик-сержант? Мамочки, и как вы познакомились? – на её лице показалась неподдельная заинтересованность.

– Он начинал стажёром у моего отца, – я безразлично пожала плечами. Так, как мне бы следовало реагировать.

– Да, и почему на мою маму работают одни восьмидесятилетние бабули? Так у вас в отделе все такие красивые?

– Большинство, – я улыбнулась, в голове перебирая всех, кто когда-либо там работал.

– Срочно устрой мне встречу в следующий раз, – Луиза восторженно побарабанила ладонями по столику.

– Твой отец будет не против целого отдела будущих поклонников? – я усмехнулась и тут же убрала усмешку с лица, поймав на себе озадаченный взгляд Луизы. Что-то, что я не знаю? Не помню из вчерашнего вечера?

– Ему, кхм… без разницы.

– Я что-то…

– Мой отец археолог. На раскопках в Южной Африке нашёл себе другую семью и решил там остаться.

– Извини, – я подняла стыдливый взгляд на девушку и покачала головой.

– Да ладно, – Луиза беспечно отмахнулась, хотя я всё же уловила её помрачневший взгляд. – Я бы всем говорила, что он умер, но бабуля сказала, что за такое можно попасть в ад, поэтому я с нетерпением жду, пока он сдох… Ой, Вивиан, я что-то совсем не слежу за языком.

Я сжала губы и сквозь огромное усилие покачала головой. Внутри боролись два чувства. Первое – необъятная боль.

– Всё в порядке. Меня весь год оберегали от… подобного, а сейчас… всё как будто снова нормально, – я не соврала. Это правда ощущалось так.

– Нет, мне совсем не стоило трепаться. Знаешь что? Приходи к нам завтра на ужин, да. Моя мама хочет с тобой познакомиться.

– Что ты ей про меня говорила?

– Совсем ничего плохого. Она у меня жуткая болтушка, расскажет тебе обо мне всё. Что ты думаешь?

– Ладно.

– Супер, – Луиза по-детски потерла ладони и широко улыбнулась.

Мы закончили трапезу и пешком направились к университету. Территория кампуса поражала обилием людей. Для утра субботы, когда по расписанию основных занятий быть не должно, людей было так же много, как и в первый учебный день. Всё в точности как тогда, только без отчаянного возгласа и газет с портретом очередной жертвы на первой полосе. Все радостно галдели и смеялись, на лицах читалась искренняя беззаботность.