Наследник волхва

И это не могли скрыть ни полу-облезлая шубейка мехом наружу, наброшенная поверх мешковатого платья из темной ткани, ни черный платок, наброшенный на голову.

Но иллюзия продлилась недолго. Бабка Ядвига поднялась с лавки и снова превратилась в уродливую морщинистую старуху с выпуклыми темными венами на натруженных руках.

– Я открою тебе свой секрет, – сказала она. – Ты сможешь быть молодой и красивой в глазах любого мужчины, как только пожелаешь. Только скажи мне, зачем тебе это? Почему ты не потребовала денег, на которые могла бы приобрести все, что захочешь?

– Потому что деньги – это пыль, их развеет ветром времени.

А твой секрет – капитал, которого не растратишь, – усмехнулась ее собеседница. – Владея им, я всегда буду иметь власть над мужчинами, сколько бы лет мне ни было. А это и деньги, и могущество, и прочие радости жизни, без которых эта самая жизнь превращается в унылое прозябание. Впрочем, тебе этого не понять, бабка Ядвига. Иначе ты не заточила бы себя в этой глуши.

– И тебе меня не понять, – сказала старуха.

 – Даже не пытайся.

– Не буду, – улыбнулась молодая женщина. – Говоря по правде, твоя судьба, бабка Ядвига, мне безразлична. Лучше скажи, когда ты поделишься со мной своей тайной? Как ты понимаешь, долго ждать я не намерена. Обещаниям не верю и вексель в уплату не приму. До утра мы должны покончить с этим делом.

– Необходимо провести обряд посвящения, – сказала бабка Ядвига. – Но в своем доме я этого сделать не смогу. Придется идти на Зачатьевское озеро.

– Так пошли, – нетерпеливо воскликнула молодая женщина. – Меньше слов, бабка Ядвига, больше дел. – Ее голос стал угрожающим: – Да смотри, не вздумай выкинуть какой-нибудь фортель, не то пожалеешь!

– Договор есть договор, – сурово произнесла старуха. – Ты мне сына, я тебе то, что ты пожелала. Иди за мной.

Они вышли из дома. Луна, терявшаяся среди облаков, едва освещала им путь. Но бабка Ядвига знала его слишком хорошо, чтобы сбиться с тропинки, которая, извиваясь, пролегала между деревьев.

Вскоре заросли неожиданно расступились, и они вышли к небольшому озеру, затерянному в лесу. Его гладь была неподвижна и черна, как смола. Было тихо, ни единого порыва ветерка, ни шелеста листвы, ни треска ветвей, ни звуков ночных птиц или криков диких зверей. Будто время остановилось, и с ним замерло все живое и сущее.

Они подошли к лежавшему на берегу громадному валуну, одним боком утонувшему в озере. Бабка Ядвига велела:

– Обнажись.