Сокровища Замка Тамплиеров

Как вскоре выяснила Ульяна, именно из-за вечернего угощения и пришел в небывалую ярость Фолет, когда ему сказали, что, вопреки обыкновению, накануне вечером в замок не доставили морепродукты, которые наряду с рисом и шафраном были главной составляющей паэльи.

– Это оскорбление, которое было нанесено лично мне, – мрачно глядя на Ульяну, сказал крохотный старичок, одетый, по своему обыкновению, в заплатанную красную куртку и не менее поношенные штаны синего цвета. На голове у него скособочилась шапка, напоминающая фригийский колпак, со свисающим на лоб верхом и двумя клапанами на ушах.

Привыкнув к жизни в замкнутом прохладном пространстве замка, на свежем воздухе Фолет зяб даже летом и потому всегда одевался как можно теплее, невзирая на сияющее солнце.

– Почему ты так говоришь, Фолет? – улыбаясь, спросила Ульяна. Она любила этого забавного старика, который неоднократно доказывал ей свою преданность и готов был пожертвовать своей жизнью ради нее. – Это просто стечение обстоятельств.

– Нет, это коварный заговор, – упорствовал Фолет.

 – Они хотят, чтобы я осрамился перед моей Марой.

– Так она все-таки придет на этот раз? – радостно спросила Ульяна.

– Вознесение Девы Марии – большой праздник, – хмуро ответил Фолет. – Мне удалось уговорить ее прийти. Возможно, она даже будет танцевать.

Ульяна знала, что Марой звали жену Фолета, которую он одинаково сильно обожал и боялся. Старик всерьез уверял Ульяну, что его жена была песантой – так в Испании издавна называли женщин, имеющих весьма скверный характер и получивших из-за этого репутацию ведьмы.

Только ради собственного удовольствия песанта могла перевернуть все в доме вверх дном, переломать мебель, порвать занавески и белье и натворить много других бед.

Ульяна и верила и не верила в это. Как и в то, что Фолет был домовым, в стародавние времена по собственной воле избравшим местом своего жительства этот замок. Так он сам утверждал. Но верно было и то, что никто из местных жителей не помнил, когда старик поселился в замке тамплиеров – это было так давно, что уже умерли все, кто мог пролить свет на это событие.

А Фолет жил и здравствовал и, казалось, становился с годами только бодрее, словно он и в самом деле был не человеком из плоти и крови, а духом. Из всех возможных недугов Фолета беспокоила только легкая хромота, но, как он говорил, та была дарована ему при рождении, как всем представителям его древнего рода, имеющего прямое отношение к духам природы.