Химера

Но их мечты редко сбываются, а я встретила своего прекрасного американского принца на белом коне. И где бы вы думали?

Фергюс опять выразительно хмыкнул, и Евгения не стала настаивать на ответе.

– Я встретила его там, где только и должны обитать принцы – во дворце. Возможно, вы слышали о Запретном городе, который расположен в самом центре Пекина. Крупнейший дворец в мире, хранящий память о двадцати четырех императорах, которые правили Китаем в течение почти пяти веков. Какая бы девушка устояла? Я пала в ту же ночь.

Что было потом, помню смутно. Пещеры Могао на Шелковом пути, вырезанный в скале гигантский Будда в провинции Сычуань, горы Хуаншань, круиз по реке Ли Гуйлинь – все промелькнуло, как сон. Днем, созерцая достопримечательности, я как будто спала, зато ночью, в его объятиях, бодрствовала…

– Избавьте нас от интимных подробностей, – сухо попросил Фергюс. – И меня, и тем более Альфа.

– Ох, простите великодушно, – смутилась Евгения, возвращаясь из мира грез и воспоминаний в реальность.

 – В общем, я изменила Китаю с новым возлюбленным. И навсегда вычеркнула из своей жизни прежнего. Так я думала в те дни. Это были самые чудесные дни моей жизни. Я была такой юной! И такой…

Евгения вздохнула, не закончив фразы. Фергюс опустил голову. Он хорошо понимал ее. В его жизни тоже был такой период романтической влюбленности. Тогда Арлайн была его невестой, и им обоим казалось, что их будущее предопределено. В те самые прекрасные в его жизни ночи они много танцевали – под луной, а когда ее не было – в отблесках костра, а если шел дождь, то под дождем, подставляя свои разгоряченные лица живительной влаге.

Восход солнца они часто встречали на вершине холма острова Эйлин Мор, который был колыбелью народа эльфов и стал колыбелью их любви. Они верили, что им предстояло прожить долгую счастливую жизнь, полную радостных дней и не менее радостных ночей.

А когда они уставали от танцев, то Фергюс начинал играть на волынке, а Арлайн тихо напевала слова древних эльфийских песен.

– Твоим зеленым рукавам

Я жизнь безропотно отдам.

Зеленые, словно весною трава,

Зеленые рукава!

Это была их любимая песня. Слушая ее, сама природа затихала, роняя с небес на землю слезы печали и надежды…

Фергюс встряхнул головой, словно отгоняя наваждение.

– Продолжайте, – произнес он. – Прошу вас.

И Евгения, немного удивленная его резким тоном, которому противоречил отрешенный вид Фергюса, прервала молчание.