Врата вечности

Оба одинаково боялись полетов в громоздких металлических гробах, как леший пренебрежительно называл самолеты и вертолеты, и, в силу своего возраста, не хотели прибегать к телепортации, изматывающей стареющих духов и физически, и духовно. После телепортации на протяжении еще нескольких дней они обычно чувствовали себя утомленными, а разговор, который им предстоял, требовал недюжинного здоровья, как иронично заметил Вигман. Гном почти инстинктивно боялся эльфа, памятуя о том, что не так давно один из его сородичей пал от руки Фергюса.

Леший, исконный лесной житель, не любил и морских круизов. Его укачивало на волнах, иногда до тошноты. Не забыл он и о том, что еще несколько лет тому назад вблизи берегов Шотландии часто бесследно исчезали морские суда. Моряки утверждали, что виноват в этом «Летучий голландец». А однажды в битве с этим призрачным кораблем даже пошли на дно два фрегата, патрулировавшие по приказу Совета XIII местные воды. С ними погиб и адмирал Сибатор, достойнейший представитель народа млитов, любимым изречением которого было воинственное «si vis pacem, para bellum!», что означало, насколько Афанасий помнил, «хочешь мира, готовься к войне».

Это была ужасная трагедия для всего мира духов природы. Правда, после этого суда вдруг перестали пропадать в морской пучине в этом районе, во всяком случае, так часто. Однако это уже не могло изменить опасливого отношения Афанасия к этим местам.

Но выбирать уже было не из чего, и леший смирился.

К острову Эйлин-Морони отправились на одном из фрегатов военно-морских сил Совета XIII, главным достоинством которого была надежность.

На их счастье, во время всего путешествия море было спокойным, а погода ясной, что случается в районе Гибридского архипелага довольно редко. Леший не сходил с капитанского мостика фрегата, подставляя лицо ветру и глубоко вдыхая запах моря. Вигман предпочел остаться в каюте, потягивая из шарообразного бокала бесцветный коньяк «l'Hommage» столетней выдержки и перебирая кое-какие финансовые бумаги, которые он захватил с собой.

Но когда на горизонте показались слегка размытые очертания острова Эйлин-Мор, и капитан фрегата объявил об этом, Вигман также вышел на палубу и взобрался на капитанский мостик. Это был низенький и плотный гном с длинной густой бородой, которую он в торжественных случаях заплетал в две массивные косы и украшал разноцветными драгоценными камнями.