Врата вечности

Однажды они посетили насыпные курганы, лежавшие неподалеку от городка Джорджтаун. Это были древние захоронения. Большинство из них опустошили люди во время археологических раскопок. В них находили ювелирные украшения, предметы вооружения, изделия из драгоценных металлов. Однако были и такие сокровищницы, о существовании которых никто не знал. Кроме Джелани.

– Закрой глаза и сосчитай по памяти, сколько раз этой ночью я тебя поцеловал, – сказал он, подведя ее к одному из неприметных курганов.

И гамадриада послушно исполнила его волю.

Она еще продолжала считать, когда услышала, что нгояма вернулся. По его дыханию она поняла, что Джелани улыбается, видя, что она так покорна его воле. И что он счастлив.

– Открой глаза, – произнес он.

Она открыла и увидела, что он протягивает ей массивный золотой браслет с чеканным орнаментом в виде вьющейся лианы и сидящих на ней птиц.

– Как красиво! – восхитилась гамадриада, рассматривая орнамент.

– Ему пятьдесят тысяч лет, – сказал Джелани, смотря на гамадриаду с не меньшим восхищением, чем она на его подарок.

– Но ведь ты будешь рядом со мной всегда? – спросила гамадриада.

Но спросила не вслух, а только взглядом. И взглядом же нгояма ответил, что она не должна сомневаться в этом.

А она и не сомневалась. Каждый новый день приносил ей новые доказательства любви Джелани.

И каждую ночь она доказывала свою любовь к нему.

Гамадриада была неистощима на выдумки, которыми она разнообразила их физическую близость. А когда она уставала, Джелани убеждал ее в том, что обладает не меньшей фантазией. И тогда она снова вспыхивала, зажженная его неистощимой любовью. И так продолжалось, пока их не настигал рассвет. С первыми лучами солнца они ненадолго засыпали, обнявшись, чтобы даже во сне чувствовать друг друга.

А иногда они просто лежали, взявшись за руки, на спине, и смотрели на звездное небо, на мириады крошечных ярких песчинок, из которых они слагали слова и рисовали картины.

Но на рассвете их последнего дня заснул только нгояма. Гамадриада не смогла сомкнуть глаз, из которых изредка скатывались прозрачные, как бриллианты, слезинки.

Когда нгояма проснулся, глаза гамадриады были уже сухими, только немного покрасневшими. Но это можно было оправдать бессонной ночью.