Врата вечности

Тяжелые парчовые занавеси на окнах заканчивались литыми золотыми кистями, каждая из которых стоила целое состояние. Но все эти предметы плохо сочетались между собой в убранстве комнаты. Рядом с массивным чиппендейловским креслом стояла изящная хрупкая софа на колесиках намного более поздней викторианской эпохи. Изготовленная из ореха, обитая атласом кремового цвета и украшенная витиеватой резьбой, она была доставлена сюда из дворца одной из прославленных английских королев.

Впрочем, Джеррика, как и его предшественника, это мало волновало.

Кобольд видел в окружающей его аляповатой роскоши только доказательство своего могущества и богатства. Облачившись в широкий, длиннополый, обшитый розовым жемчугом халат, некогда также принадлежавший эльбсту, Джеррик любил проводить время, прикидывая, за сколько он мог бы продать то или иное бесценное произведение искусства, украшавшее его покои. Особенно его радовала мысль, что они достались ему даром. При всей своей любви к роскоши кобольд был крайне скуп.

Но в эту минуту Джеррик не пожалел бы никаких денег, чтобы приобрести достойную замену Филиппу Леруа.

Мысль, что он однажды умрет, промелькнула в мозгу кобольда, как это часто бывало, совершенно неожиданно. И все принадлежащие ему земные богатства вдруг обесценились, превратившись в его глазах в прах. Не задумываясь, он отдал бы их за вечную жизнь.

Кобольд невольно жалобно застонал, словно от боли. Его мышцы обмякли, воля ослабела. Он хотел вскочить и куда-то бежать, но не мог даже пошевелить пальцами.

Он испытывал дикий ужас. «Я умру!», – билась в его голове мысль, как попавшая в западню птица…

Но это состояние продлилось недолго. Джеррик глубоко вздохнул, приходя в себя, и, как ни в чем не бывало, спросил Вигмана:

– Ты помнишь Филиппа Леруа?

– Молодого рарога? – с нескрываемым удивлением произнес Вигман. – Незаконнорожденного сына Мичуры?

– Да, – с раздражением ответил кобольд. – Ты считаешь своим долгом задавать мне глупые вопросы? Вместо того, чтобы просто ответить на мой.

– Я его помню, – торопливо закивал головой Вигман. – Красивый мальчик. И внешне очень похож на Мичуру в молодости. Когда они стояли рядом…

– Заткнись, – коротко буркнул Джеррик. – Лучше скажи, где он может быть теперь.

– Если он не умер, то…, – задумался Вигман. – Вероятнее всего, в одной из камер подземной темницы посольства Эльфландии в Париже. Вот уже лет десять он сидит в ней, ожидая суда Совета тринадцати за соучастие в убийстве эльфа Лахлана.