Врата вечности

Хотя, знаешь, дед говорил, что мы ее потомки. И если с нами случится беда, то она восстанет из мертвых и защитит нас.

– И давно он…, – начала Оливия, но вовремя прикусила язычок. Подумала и закончила фразу уже по-другому, чем собиралась: – Давно твой дед считает себя потомком этой так называемой Великой Эльфийки?

– Я понимаю, это может показаться тебе странным, – огорченно вздохнул Альф. – Возможно, я просто привык к его чудачествам, и ничего не замечаю. Мои родители… Дед рассказывал, что они погибли в авиакатастрофе сразу после моего рождения.

И он заменил мне отца и мать. Помню, мы с ним много путешествовали по всему миру, пока он не приобрел Эйлин-Мор. Мне было лет восемь тогда. После этого он уже почти не выезжал с этого острова.

– А как же ты? Где ты учился перед тем, как поступить в университет? На этом острове есть школа?

– Меня он отдал в Harrow school. Возможно, прельстился тем, что это одна из старейших школ Великобритании. Ее создали в одна тысяча пятьсот семьдесят втором году по указу королевы Елизаветы Первой.

Среди ее выпускников были великий поэт Джордж Байрон и будущий премьер министр сэр Уинстон Черчилль. Много лет я провел в общежитии для мальчиков, построенном на холме Харроу, из окон которого открывался захватывающий дух вид на центр Лондона. Порядки были те еще! Нам даже не разрешалось выходить за территорию школы без сопровождения. Там же я начал заниматься регби. Так что я даже благодарен деду за такое детство.

– За то, что он отдал тебя на воспитание чужим людям? – с иронией спросила Оливия.

 – И ты вырос настоящим мужчиной?

– Напрасно ты иронизируешь, – обиделся Альф. – Ты не представляешь, как дед скучал, пока я был в Лондоне. Зато все каникулы мы проводили вместе.

– На острове Эйлин-Мор, – покачала головой девушка. – Теперь я понимаю, почему ты такой дикий. Бедный мальчик жил в мужском общежитии, а единственная женщина, которую он знал, и которая ждала его возвращения домой, была каменной.

– Почему же, еще была Скотти, – улыбнулся Альф. – Такая милая шотландская старушка. Она заменила мне бабушку. Скотти что-то вроде домохозяйки в доме деда на острове. Постоянно готовила мне разные вкусности и вязала теплые шерстяные носки. А ее муж, он художник, учил меня рисовать. Так что у меня была настоящая семья. Впрочем, почему была? Она есть! И ты в этом скоро убедишься.

– Я? – с удивлением, может быть, слегка наигранным, произнесла Оливия.