Человек в моей голове

Доктор Пристли пришёл примерно через час, дав возможность мне подремать и отдохнуть от происшествия на КТ. Вместе с ним зашёл и доктор Блум. Собранный и серьёзный, он сел за столик в палате, соединив пальцы на руках подушечками. Минуту помолчав, он сказал:

– Говорить буду сразу с вами обоими. Итак, по крови анализ чистый. ДНК-патологии и каких-либо мутаций генов наши генетики не выявили. Это хорошо. Но на КТ есть отклонения. Есть повреждения коры головного мозга. Кое-где повреждены сосуды, также нарушена иннервация глаз.

Это обратимо, лечение выпишем. Вы будете видеть.

Сложно сказать, что было причиной. Клиническая картина не подходит однозначно ни под одно заболевание. Знаете, признаюсь, я подозревал даже шизофрению, деменцию и Альцгеймера. Но это не они. А что именно – я не знаю. Как вам могу помочь именно я – не знаю тоже. В моих силах лишь симптоматическое лечение: стимуляция мозгового обращения и электрофизиотерапия для поддержания нейронных связей. Но это не решит проблему в корне, так как разрушение происходиточень быстро.

Такое лечение поможет, только если остановить этот процесс разрушения. Я могу только погрузить в глубокую искусственную кому, чтобы "заморозить" вас. Но это не лечение, а передышка. В этом нет смысла в нашем случае. Вызывает опасение то, что на КТ буквально месячной давности всё чисто. Что бы это ни было, оно развивается стремительно. И это оставляет нам крайне мало времени на раздумья. Возможно имеет смысл проконсультироваться с кем-то ещё.

– Не нужно пока, – перебил его доктор Пристли.

Я понял и услышал вас, коллега. Спасибо, что попытались и дали пищу для размышлений. Но раз уж вы теперь причастны к лечению этой девушки и связаны врачебной тайной, вы должны тоже всё узнать.

Метроном начал отсчёт.

Тик-так…, тик-так…

***

По мере погружения Эшли в гипноз глаза Блума все больше округлялись.

Когда глаза юной девушки открылись, он обмер, увидев того самого старика.

– Привет, док. Давно не виделись. Да и сейчас не особо тебя вижу.

Что происходит?

– Здравствуйте, Анатолий. Мозг Эшли повреждён. И ей хуже с каждой минутой. У меня есть теория. Я полагаю, что причиной её состояния является ваш внутренний конфликт. И я считаю, что только вы сами в состоянии помочь себе и ей.

– Она – это я. И я уже умирал. Не думаю, что в этот раз будет страшнее. Вы что-то узнали об Анне, док? Вы проверили мои слова?

– Да, проверили. Молодой человек Эшли, Марк, делал запрос в Архив Мёльна.