Хольмганг

А потому вновь и вновь сходились два зверя на поле хольмганга, и не было победы ни одному, ни второму.

Их ясеневые змеи летали над землёй подобно ласточкам, что предчувствуют дождь, и неустанно жалили щиты и брони. Но стоило языку Змеи Леса проникнуть под кольчугу Кайнифа, как дикий ветер поднимал столбы снега в тундре, и раны конунга варгов затягивались. А стоило Змее Страха ранить плоть Нуганрика, густые леса начинали шуметь, и исчезала кровь с шерсти бернского ярла.

И вот не осталось щитов ни у первого, ни у второго хольмгангера.

И отошли в сторону молодые берны. И отползли назад юные варги. Их предводители сошлись один на один, без щитоносцев, и земля застонала от их поступи.

Сорок лет и сорок зим сражались два зверя-хольмгангера, но ни первый, ни второй не чувствовал на губах хмель победы. Сорок весен и сорок осеней дрались они древками из ясеня, но ни первый, ни второй не слышали злую песнь поражения. И тогда опустил копьё конунг варгов и спросил помощи у всемогущего одноглазого Одина.

Но прежде опустил копьё ярл бернов и спросил помощи всемогущего повелителя Асгарда.

Конунг Асгарда, всемогущий одноглазый Один, прибыл на место хольмганга подобно ястребу, но завидев усталых зверей, замедлил полёт коня. Слейпнир, чудесный конь о восьми копытах, чувствуя тоску хозяина, никуда не спешил, а хозяин его, бог богов, горько жалел о былых сомнениях. Он понял, что такие славные воины никогда не предадут Асгард и не выступят на стороне великанов. И потому, выслушав их просьбы, бог богов простёр руку и сказал:

– Прежде чем возвести остров, где не будет слышно ни шума твоих лесов, могучий Нуганрик, ни голоса твоей тундры, славный Кайниф, дабы вы продолжили хольмганг в равных условиях, прошу вас: примиритесь и забудьте друг другу то, чего никогда не было.

Один не мог сказать в открытую, что это он поссорил их, ибо тогда бы сам толкнул два народа в армию ётунов, поэтому просто поклялся, что доподлинно знает: вины нет ни на Кайнифе, ни на Нуганрике, но открыть большего он не вправе.

Но не поверили клятве повелителя Асгарда повелители зверей, и зарычал вначале Кайниф, потом Нуганрик.

– Нет, ты не хочешь, чтобы мой противник погиб, потому и покрываешь его! Мы продолжим хольмганг с твоей или без твоей помощи! – сказал каждый из поединщиков.

И великий гнев обуял бога богов. Он чуть сразу не поразил тяжёлым Гунгниром – копьём, не знающим ни пощады, ни промаха – тех, кто осмелился сомневаться в словах владыки Асгарда.