Барон

Старики бросились к служителям, а те… не нашли противоречия с заповедями Спасителя и черноты тоже не усмотрели.

В моём владении служили трое настоятелей, по количеству деревень. Мы ожидали назначения ещё одного, поэтому храм пришлось восстанавливать чуть ли не в первую очередь. А пока неожиданно нагрянула тройка «старожилов». Двое молодых и пожилой.

– Охотники, похоже, неплохо разбогатели, – ворчливо произнёс старший, Фекл ил.

– И здесь всерьёз устраиваются, – добавил молодой, Мортус. – Надеюсь, не забыли они в Руинах веру Спасителя.

Судя по скорому ремонту храма, помнят.

– Если это не дань закону, – заметил Никол, постарше Мортуса, небольшого роста, худой и с глубоко посаженными глазами. – Не люблю я охотников, братья, сказано же было самим Спасителем: «Покарал я дерзость людскую».

Пожилой поморщился:

– Не будем вдаваться в диспут, но то было сказано про Древних, а есть и другие слова: «Дал я народу моему Силу для облегчения жизни верных мне и наказания неверных». Не время сейчас для таких бесед – вон хозяева встречают.

На пороге служителей встречали я, Агна и Семус, которые просто лучились счастьем.

– Приветствую вас, братья во Спасителе. – Мне давно провели религиозный ликбез. – Рад видеть вас в своём замке, если это, – обвёл всё рукой, – можно так назвать. Честно признаюсь, не ждал вас так скоро и всех вместе.

– Да пребудет с вами благодать Спасителя, – ответил за всех пожилой, и приехавшие поклонились в ответ на наши поклоны. – А собрались мы вместе, чтобы увидеть наконец нового барона этих мест, о котором ходит столько слухов.

Видимо, недосуг ему появиться хоть в одном нашем храме, помолиться да перекинуться парой слов со служителем.

– Что вы, господин настоятель, я как раз завтра собирался в Хлудово на службу, и не один. Увы, сами видите, раньше не мог – дел непочатый край, – стал оправдываться я, ругая себя последними словами. Собирался ведь и закрутился. Даже Семус с намёками отстал. – И первым делом, сами видите, храм ремонтируем. Надеюсь, поторопите начальство с настоятелем? А пока давайте проведём службу здесь, во дворе.

Вон и остальные домочадцы пожаловали, а потом милости прошу в дом.

Я бухнулся на колено. Остальные члены сообщества «Стихия» дружно повторили моё движение. Рабочие и вся дворня побросали дела и постепенно присоединились к нам.

Настоятели ошарашенно переглянулись. Первым опомнился самый опытный служитель и упал на колено прямо на увядающую осеннюю траву. Следом и остальные.