Оперативное вмешательство

14 февраля

Офицер королевской таможенной службы Шарлотта Юнссон, миловидная крашеная блондинка тридцати пяти лет, посмотрела в лицо стоящего перед ней человека и сравнила с фотографией на паспорте. Мужчина улыбнулся Шарлотте через стекло, демонстрируя доброжелательные намерения. У мужчины немецкий паспорт и фамилия Холеци. Звали его Янош, и на немца мужчина был решительно не похож. Хотя имя Янош скорее венгерское…

– Цель прибытия в Швецию, господин Холеци? – задала Шарлотта дежурный вопрос, уже занося руку с печатью над паспортом.

– Навестить друга и его семью, – с сильнейшим акцентом ответил Холеци, продолжая улыбаться.

Ясно, что немецкий для него не родной язык.

– Вы венгр? – как бы невзначай спросила Шарлотта, ставя на паспорте печать в виде королевского герба.

– Да, – дружелюбно кивнул мужчина. – Недавно получил гражданство.

Шарлотта улыбнулась в ответ и протянула Холеци паспорт в окошко.

– Следующий, пожалуйста! – пригласила Шарлотта.

Прибывший из Копенгагена огромный паром доставил в Мальме почти тысячную пеструю толпу пассажиров.

Всех следовало пропустить через таможню как можно быстрее. Некогда обращать внимание на мелочи. Надо еще успеть позвонить дочери, узнать, как у нее дела в школе. И Шарлотта с головой погрузилась в работу, сразу забыв о предыдущем пассажире.

Человек, имеющий паспорт на имя Яноша Холеци, взял свою небольшую дорожную сумку и, поеживаясь от пронизывающего ветра со снегом, поймал такси, сунул чернокожему водителю мятую бумажку с адресом, жестом показывая, что торопится.

Таксист-сомалиец попытался заговорить с пассажиром на ломаном английском, но попутчик не собирался отвечать, молча глядя в окно на заснеженные улицы Мальме.

Ехали меньше десяти минут, но пассажир не торгуясь протянул таксисту десять евро и, выскочив на улицу, захлопнул дверь, не слушая восхищенного лепета водителя.

Мужчина снова поежился от холода, внимательно осматриваясь. Нет, все чисто. И машина Шика, скромная «Шкода», стоит так, как они раньше договаривались.

Без пистолета или хотя бы ножа человек, стоящий сейчас на улице, чувствовал себя неуютно, словно голый. Но деваться было некуда, и он сделал шаг вперед, потянув на себя дверь, ведущую на лестницу. Уже через пару минут мужчина стоял на лестничной площадке третьего этажа, прислушиваясь и принюхиваясь, прежде чем позвонить в дверь с цифрой «8». Нет, ничего подозрительного не было, и человек позвонил, затем постучал в дверь обговоренным посредниками стуком.