Оперативное вмешательство

Ввязавшись в войну с Гитлером, Великобритания благополучно профукала все козыри, имеющиеся в руках, и потеряла финансовую независимость. Разведка делала что могла, но тщетно… Политики играли в свои игры. Горьким, очень горьким был привкус великой победы летом 1945-го…

Более того, верхом унижения стала передача американским союзникам стратегических ядерных технологий. Запоздалая попытка Черчилля сыграть на разжигании противостояния между СССР и США путем передачи «дядюшке Джо» документации на новейшие авиационные двигатели не привела к конфликту между бывшими союзниками.

У Вашингтона уже была ядерная бомба, а у Сталина – осторожность и расчет. Ситуация перешла к «холодной войне» на истощение, периодически взрывающейся кровавыми нарывами локальных конфликтов.

Отношение к разведке не поменялось даже в пятидесятые годы прошлого века, когда величественное здание Британской империи стало рушиться на глазах, рассыпаясь на куски. Секретные службы королевства и так делали все возможное, стараясь минимизировать ущерб от политических ошибок.

После 1960 года Великобритании, ослабленной развалом колониальной империи и финансовыми неурядицами, оставалось только плестись в фарватере глобальной американской политики, надеясь на лучшее, на возвращение былой славы.

В конце концов, в мире нет ничего вечного, кроме британских интересов. Друзья и враги – понятие временное, а Великобритания – это навсегда.

Распад СССР не принес облегчения в политике, тем более что вместо привычных Советов, почивших в бозе, на арену вышли новые игроки, экономика стала глобальной, а к этому Великобритания оказалась не готова.

Здесь опять же нет вины разведки, но, практически отказавшись от собственной индустрии и объявив о постройке передового постиндустриального общества, Великобритания рухнула в пропасть, из которой, как казалось, не было выхода.

Континентальная Европа во главе с извечными противниками Лондона: Францией и Германией, забыв о прежних распрях, слились в крепкий военный, экономический и политический союз с собственной валютой, в котором британскому фунту стерлингов ловить было нечего.

Более того, явственно просматривался стратегический союз между ЕС, с одной стороны, и постсоветской Россией – с другой. Если еще к этому союзу присоединился бы Пекин, то Великобритания и все британское Содружество оказались бы жуткой периферией. Следом обязательно распалось бы и само Содружество, последний бастион империи.