Сатира. Звонок, или Семь дней Жаната Улибаевича

– А кто будет этим заниматься? – поинтересовалась учительница по математике.

Жанат Улибаевич задумался лишь на долю секунду, и сразу же придумал верное решение.

– Жексенбай Макенович – обратился директор к учителю физической культуры.

– Да – пожилой преподаватель встал со стула.

– Я где-то слышал, что в лихие девяностые, вы торговали на базаре.

– Всякое бывало, Жанат Улибаевич – пожал плечами физкультурник.

– Так вот можете считать, что «всякое» вернулось. Сегодня же, после обеда, я отвезу вас на рынок – тон директора был такой, что с ним не хотелось спорить – А теперь за работу, к обеду у Жексенбай Макенович должна быть первая партия товара.

– А что по поводу завтрашней зарплаты? – озабоченно спросил один из учителей.

– Мне действительно нужно объяснять или вы сами все поймете? – Жанат покосился на присутствующих.

Разумеется, все как один поняли – зарплаты завтра не предвидится, что тут поделать, дела государственные требуют жертв, и как правила материальных.

Педагоги продолжали сидеть на местах.

Не понятно, толи они хотели начать упираться, толи не могли прийти в себя. Директор же плевать хотел на их чувства, сейчас не время разводить нюни и предаваться паники.

– Живо, работать – во всю глотку заорал Жанат, чтобы расшевелить учителей.

Один за другим, преподаватели спешно покидали кабинет. Среди них слышались обрывки фраз, вроде: «Слава богу никого на органы не продал», а следом предостерегающее «Тише еще не вечер.

Несмотря на недовольство преподавательского коллектива, они все же собрали кое-какой скарб из собственных кабинетов.

Директору он не очень-то понравился, однако сегодня уже нет времени самостоятельно шарить по классам, необходимо отвезти Макеновича на базар. Зато Жанат Улибаевич решил, что завтра же лично обойдет, кабинеты и выберет наиболее ценные товары.

И вот физкультурник, в одночасье преобразованный в уличного торгаша, десантирован в город для особо важного задания. Напоследок, директор школы, погрозил ему пальцем и велел отдаваться работе с душой, и чтобы завтра, в восемь часов, он как штык стоял за импровизированным прилавком

ДЕНЬ ВТОРОЙ

Солнце еще не успело подняться, а Жанат Улибаевич уже стоял на ногах.

Жена продолжала тихо посапывать в спальне. Директор, словно вор, принялся обшаривать домашние шкафчики и складывать украшения жены в простой полиэтиленовый пакет, при этом пришептывая.

– Макенович продаст, он все продаст. Воробей ведь стреляный.