Я и Гелик

Она пряталась за пикапом и сама подбежала к нему, когда увидела. В довольно просторном гараже стояли несколько машин, но боец подошел к «Мерседесу» S-класса. Автомобиль явно принадлежал боссу, которого он взорвал несколько минут назад. Ключи находились в машине. Посадив девочку внутрь, боец завел автомобиль, и они выехали, разбив в клочья ворота. С мощным разгоном «Мерседес» рванул на дорогу, оставив за собою длинный шлейф из пыли.

Шли минуты, человеку в военной форме становилось все хуже, он терял кровь, но останавливаться было слишком опасно и он продолжал давить на газ…

Стало темнеть, перед глазами все начало расплываться, спецназовец ощущал упадок сил.

Стрелка топливного бака опустилась в самый низ. Наконец топливо окончательно закончилось, и машина остановилась, дальше ехать они не могли. Майя лежала на заднем сиденье машины и спала, ему пришлось ее разбудить.

– Майя, вставай. Пошли, нам нельзя останавливаться, нужно идти дальше – до определенного места, где нас заберут, – произнес боец.

Она за все это небольшое время, пока боец был с ней, не проронила ни слова, только кивала головой. В машине, в кармашке двери, лежала небольшая бутылка с водой, они ее забрали и пошли, бросив машину посреди песков.

Военный мужчина и маленькая девочка долго шли по пустыне, по барханам при свете луны, но сам он не глотнул даже глотка воды – ее и так было мало, и она была нужна ребенку. Ему становилось все хуже и хуже, в его голове всплывали картинки и видения, словно отрезки из какого-то сна, он слышал отрывки слов «Прости меня, прости», «Вершина, ты будешь там, ты должен».

Ему это повторяла какая-то молодая женщина, у нее были длинные волосы, темно-карие глаза, она была красивой, но очень грустной. Кто же это? Он и раньше слышал этот голос, когда-то…

Бойцу стало очень плохо: тяжело дыша, он почти терял сознание, идти было все тяжелее.

Прошло еще немного времени, и боец уже совсем не мог идти. Он упал на землю, подняв облако пыли, а маленькая девочка, упав на колени перед обессиленным телом военного, смотрела на него и не знала, что делать.

Силы покинули спецназовца, так как он потерял слишком много крови. Он слышал только шум небольшого ветра, а в его голове заиграла грустная мелодия на пианино, которую он слышал в детстве. Обессиленный взгляд этого человека был направлен на звезды и прекрасный красивый полумесяц, но они будто бы угасали, их словно поглощала тьма.