Предсказатель. Повесть

Лёгкая неприязнь к Литвинской сохранилась в Инне ещё со студенческих лет. И хотя Володя стал её мужем и продолжал любить её до сих пор, всё же Эльвира представлялась ей как легкомысленная и коварная соперница.

Нет, легкомысленной Эльвира не была, даже наоборот – отличалась умом и целеустремлённостью. Достаточно уверенно она сделала успешную карьеру – от рядового судебного клерка до председателя городского суда. Но личная жизнь у Эльвиры Аркадьевны не сложилась. Она рано потеряла мужа и одна воспитывала сына.

– Давно не виделись, Инна. Наверно, с новогодней встречи у губернатора? А как там Володя? Я так и не успела поздравить его с новым назначением. Молодец! Он заслужил эту должность, – начала разговор Литвинская, скинув шубу на кресло и присев на катучий стул рядом со столом.

– Да, Эльвира, не виделись мы давно, да только не с Нового года, а ещё с прошлой осени. Помнишь тяжбу со строительной фирмой «Антос»? – произнесла Инна Викторовна и внимательно поглядела на судью Литвинскую.

Ей хотелось понять, чем вызван такой неожиданный визит. В офис, в конце рабочего дня, да ещё и в шикарном наряде с причёской. – Ты собралась в театр?

Эльвира Аркадьевна как-то грустно улыбнулась и, наклонив голову набок, ответила, не поднимая глаз:

– Нет, Инна, не в театр… Я еду на банкет к Резванову. У него сегодня день рождения, а это уже совсем другой спектакль – не классический.

– Я, в общем-то, не удивляюсь. К Резванову сегодня многие едут, – Инна Викторовна слегка постучала пальцами по столу.

– А Володя едет?.. Владимира Романовича пригласили? – Литвинская подняла глаза и с какой-то тревогой посмотрела на Лазукину.

Та с недоумением ответила:

– Володя? Я даже не знаю… А что его должны были пригласить?..

Эльвира Аркадьевна пожала плечами:

– Так вот я интересуюсь…

– Вряд ли Володя поедет к Резванову на день рождения. Ведь он хорошо знает, кто такой Резванов… Да и ты… Эля… Ведь ты же знаешь, кто такой этот ваш Резванов? – Инна Викторовна начала понемногу сердиться.

Этот разговор был ей неприятен и стал тяготить.

– Да, Инна, я слишком хорошо знаю, кто такой этот наш Резванов… По прозвищу Резвый. Слишком хорошо! – Литвинская недобро улыбнулась. – Я даже иногда удивляюсь, почему я ещё жива и почему до сих пор остаюсь городским судьёй,

– Ну, может, тебя Бог бережёт и начальство любит? – в ответ усмехнулась Лазукина.

Но Литвинская неожиданно вспыхнула, и в глазах её засверкала злость.