Стражи панацеи. Avida est periculi virtus

Джексон, правда, в глаза не видел снимка предполагаемого соучастника двойного убийства, а знал лишь общеизвестное, что двое русских поселились в отеле накануне убийства и внезапно исчезли в тот же момент. Как и многих соискателей на раскрытие тайны, он поспешит по следам, но так как он не первый, а те, кто хранил её или хотел, чтобы она и вовсе исчезла, имели длинные руки, то Джексон просто бы упёрся в стену молчания.

Византу следовало срочно быть в своей квартире, откуда бы он по зашифрованной связи вышел на американского партнёра и обменялся бы информацией.

В первую очередь он беспокоился за коллег, которых он втянул не просто в рискованное дело, а туда, к чему они не были обучены и не готовы к подобной опасности. Он чувствовал ответственность.

Осторожно приоткрылась дверь кабинета, Сьюзен вкрадчиво смотрела на него, не упуская дверную ручку.

– Может вам кофе, мистер Фарно? Или что по крепче?

Она маскировала любопытство и обиду за то, что её не подпускали к секретам.

Если бы она знала ещё, чем они чреваты.

– Не самое подходящее время для этого, – благожелательно ответил босс, и понял, что молчанием и отговорками больше не отпереться. – Вам и Джексону лучше бы было отправиться в отпуск. Я оплачу выходное пособие.

Сьюзен распахнула дверь и встала перед ним, как памятник вопросу и удивлению, скрестив, по обычаю руки на груди.

– Вы нас увольняете, Жак?

– Нет. Но сегодня, мы с Джексоном нарвались на серьёзную организацию.

Может это мафия, или какая то из спецслужб, но они знают толк в сыске. Вам лучше исчезнуть на время, не плохо бы сменить адреса. Ни сегодня, завтра, они выйдут на нашу фирму.

– Адреса… Ничего себе? А как же клиенты? – восклицала она повышенным голосом, вскинув бровями и пожирая начальника округлившимися глазами.

– Я останусь на службе. Когда всё утихнет, я перерегистрирую агентство.

– Утихнет ли?

– Мне всё равно некуда деваться.

А пока я буду ждать их появления.

– Без нашей помощи Жак, вы не управитесь, – она немного склонила голову, пристальнее разглядывая его – в этом жесте сочеталось и властность, и вкрадчивость. – Совсем не обязательно здесь находится, чтобы общаться с клиентами. Мы вас также не имеем права оставлять в беде, как и вы нас. В конце концов, Британия, моя страна. Это не Россия, здесь свободная пресса, и с ней считаются все, даже монархи.