Стражи панацеи. Avida est periculi virtus

Визант терял свою значимость, был растерян, как перед надвигающимся ураганом, в котором можно было только спасаться, но не влиять.

***

Воленталь сам вызвался на новую встречу.

– Мы кое-что выяснили о том человеке, который следил за вами, – воодушевлённо проронил американский агент, насколько он вообще мог выражать свои чувства, когда Визант сел в его машину. – Он бывший военный, британец, работает в охранной структуре, имеет охоту к перемене мест. Британская разведка поделилась его телефонными и электронными контактами.

Есть разговоры, которые он ведёт в зашифрованной форме, нашим дешифраторам пока неподвластные. Вот что замечательно, эти звонки, или электронные сообщения, приходят не из Великобритании, и вообще, не из Европы, а из очень дальних стран, латиноамериканских, Индокитая, по спутниковой связи. Кто стоит за адресатом, выяснить невозможно. Если он не работает на какую-нибудь разведку, хотя и этого пока исключить мы не можем, то на кого тогда?

– Вы намекнули на русскую разведку? – вставил Визант.

– Маловероятно, – отмежевался Воленталь. – При любом таком намёке Ми-5 взяла бы его в очень плотную разработку. Хотя, уверен, англичане уже это сделали. География его шифрованных разговоров не может не заинтересовать.

– А когда он выслеживал нас, он тоже был на связи с такими далёкими странами?

– Нет. Он мог использовать местный абонент, но не на свою фамилию. Он ведь работал в команде, а вот от неё концов мы пока не нашли. Внутри страны они используют подставные абоненты а важную информацию передают или при личном контакте, или по телефонам автоматам.

Из далёких стран ему дают команду связаться с местными агентами. Всё это свидетельствует о некой хорошо законспирированной организации.

Сведения прямиком дополняли ту информацию и догадки российской разведки относительно тайной организации Дюрана, но Визант не торопился открыть это партнёру.

– Террористы?

– Не исключено. Пугает, что к ним на услужение идут коренные британцы.

Возможно, это другой терроризм, не исламский. А может быть это международная мафия, какие-нибудь новые масоны из числа спецслужб.

– А вот последнее, меня пугает особенно. Мы ведь тоже из спецслужб, как бы нам не стать пешками в этой большой игре?

– Согласен, – уверенно ответил Воленталь, исподволь бросив острый взгляд на собеседника. – У вас для меня нет никакой информации? – добавил он, не имея обычно привычки выпытывать что-либо.

– Пока нет.