Ириска и Звезда Забвения

В деталях Полика разглядела существо только сейчас, через зарешечённое окошко в верхней части двери, и поймала себя на мысли, что плохо помнит сам процесс «втаскивания» её в камеру, а главное – с чего всё началось?

Почему её заперли?

Почему с её рук грубо сорвали все браслеты?

По какому праву?!

Существо же никак не походило на полицейского: бугристое от здоровенных мышц, сильное, затянутое в голубенькое трико, а не в форму блюстителя порядка, оно скорее напоминало безмозглого мутанта из комиксов, чем человека.

И кто такой «хозяин»?!

Вопросы не давали покоя и требовали точных ответов. Вопросы заставляли возмущаться, поэтому, оказавшись в камере, первые пять минут девочка громко колотила в деревянную, но крепкую, обитую железом дверь и кричала. Потом опустилась на охапку соломы, и… Нет, не расплакалась, для этого Полика была слишком сильной. Расположившись на соломе, девочка медленно досчитала до ста, что позволило ей немного успокоиться, и задумалась.

Итак, отправившись в цирк, она совершенно непонятным образом оказалась в плену у странного злобного существа в обтягивающем трико и маске, а точнее – у его таинственного хозяина.

У неё отобрали телефон и каким-то образом заставили позабыть события последних часов.

«Может, они пустили в цирк усыпляющий газ?»

Подозрение показалось глупым, однако отказываться от него девочка не стала. Запомнила и продолжила размышлять.

Сейчас она одна, но у неё совершенно точно есть папа и мама. Они не бросят, обязательно станут её искать и найдут.

И тогда всё станет так, как было раньше…

– Ну, что, наревелась?

Задумавшись, Полика не услышала шагов подкравшегося к двери здоровяка и вздрогнула от неожиданности, вызвав очередную вспышку хохота.

Но тут же взяла себя в руки.

– Я не ревела, – с достоинством ответила девочка, глядя в появившийся за решёткой глаз. Так же как голова, глазки у здоровяка были маленькими, свинячьими.

– Да, я слышал: ты не ревела, ты орала. – Охранник помолчал, ожидая ответа на своё нахальное заявление и готовясь вновь смеяться над бессильной злостью пленницы, не дождался и осведомился: – Драться будешь?

– С кем?

– Шутим, значит? Это хорошо, раз шутишь, значит, успокоилась.

 – Он вставил ключ в замок, со скрежетом повернул его и распахнул дверь: – Пошли.

– Далеко? – поинтересовалась девочка, даже не обозначив попытки подняться с соломы.

– Ты не в том положении, чтобы спрашивать, – хмыкнул охранник. – Но я отвечу: тебя зовёт хозяин.