Искажение

Сепс побледнел от бешенства, но спорить не осмелился и медленно опустился на правое колено.

Юлия, не двигаясь с места, выставила перед собой руку ладонью вниз и тем окончательно добила змеевида: Пэну пришлось подняться, пройти разделяющее их расстояние, вновь опуститься на колено и поцеловать Первородной руку.

– Я с почтением приветствую вас, Юлия баал, – униженно произнёс сепс, буравя взглядом пол. – И прошу дозволения посетить ваш город.

– Люблю, когда по правилам, – светским тоном произнесла вдова Александер, вытирая руку платком.

И по-прежнему глядя на Портного. – Что ещё интересного есть в вашей лаборатории, Зиновий?

– Не хотите осмотреть другие мои работы? – поинтересовался тот, желая сгладить возникшую неловкость.

Вдова бросила взгляд на витрины и запаянные колбы с «опытами» и медленно направилась к следующей:

– Вижу, вам есть что показать.

Она тоже понимала, что нужно сбросить напряжение.

– Да, Юлия баал, мне есть что показать и чем похвастать, – вновь заторопился Портной.

 – Я – один из лучших мастеров Отражения по созданию переделок… есть ещё два специалиста: Клейтон из Лондона и Кастро из Мехико, но первый стар и почти не работает, а второй слишком увлечён птицами. Поэтому лучшие клиенты едут ко мне. Я беру дорого, но всегда делаю то, что обещал.

Пэн открыл было рот, явно намереваясь что-то сказать, но столь же явно передумал. Сообразил, что сейчас Юлия не хочет его слышать.

А вдова Александер увлеклась, на время позабыв о деле.

Увлеклась, потому что «опыты» Зольке удивили даже её, много чего повидавшую и пережившую. «Опыты» по созданию переделок, существ, не просто сшитых из разного, но живых и способных использовать все части нового организма.

А в колбах кого только не было.

Псоглавец, подобный тому, что встретил женщину у дверей, только с головой бультерьера. Карликовый кентавр – «Мне всегда была интересна Древняя Греция», – прошелестел откуда-то сбоку Портной. Крылатая собака. Кенгуру, верхние лапы которой были тигриными… Фантазия Портного или его заказчиков порой порождала отвратительных монстров, но все они были жизнеспособными и лишь после смерти занимали места в колбах.

– Иногда мне ставят невозможные задачи. Придумывают мечту, приходят, я говорю, что не получится, они начинают спорить, злиться… Считают, что я вымогаю деньги. Не понимают, что моё умение и моя магия работают иначе, ближе к науке, и я не способен сотворить чудо.