Кафедра странников

– В России была революция?

Если Плотников и был удивлен вопросом, то никак не выразил этого.

– В одна тысяча девятьсот семнадцатом году. Император бросил народ на произвол судьбы, отрекся от престола и был убит бунтовщиками где-то в Сибири. На протяжении семидесяти с лишним лет Россией правила диктатура, сейчас – демократически избранный президент.

– Звучит неприятно, – буркнул гость.

– Прапрадед предчувствовал смуту, – бесстрастно продолжил Иван. – Наша семья перебралась в Америку еще в тысяча девятьсот девятом году, так что к семнадцатому все активы оказались за океаном.

 – Плотников снова выдержал небольшую паузу. – На следующий день после отречения императора прадед обратился к местным властям с просьбой о предоставлении американского гражданства.

– Но вы хорошо говорите по-русски.

– И мои дети будут говорить. И дети моих детей.

– А вот это звучит весьма достойно. – Матвей прикрыл глаза, пару секунд молчал, словно собираясь с мыслями, после чего вновь посмотрел на Плотникова. – Иван, в вашей библиотеке есть книги по истории? Мне бы хотелось узнать, что происходило здесь, пока я… Пока меня…

– Книги есть, – кивнул Плотников, – но мне кажется, будет гораздо лучше, если я снабжу их текст своими комментариями.

– Это будет замечательно, – улыбнулся гость. – Но нам и без того предстоит долгий разговор, и я не хотел излишне утруждать вас…

– Пустое, Матвей, – махнул рукой хозяин дома. – Вы прекрасно понимаете, что значит для меня ваш визит. Мне будет приятно оказать вам любую посильную помощь, и даже больше.

– Благодарю… Вы позволите? – Матвей взял у Плотникова толстый альбом и погрузился в созерцание семейных фотографий.

Иван же, добавив в бокалы виски, откинулся на спинку кресла и устремил задумчивый взгляд на горящий в камине огонь. Ему было о чем поразмышлять. Плотников знал, что рано или поздно эта встреча состоится, что в один прекрасный день откроется дверь и на пороге появится человек с фамильным перстнем. Человек, все желания и просьбы которого надо выполнять, чего бы это ни стоило.

Предки Ивана ждали этой встречи всю жизнь, но не дождались. Особенно тяжело было прадеду. Плотников помнил, с какой грустью старый Сергей Саввович вкладывал в руку отца таинственное кольцо. «Они не смогли прийти раньше, – вздохнул он тогда, – не порадовали меня перед смертью. Боюсь, уж не заблудились ли… – Глаза прадеда вспыхнули. – Но ты дождись, сынок, дождись ребят, я верю – они вернутся». Отец кивнул. И вот пришел Матвей.