День Дракона

Плавность разговора, молчаливое, невысказанное понимание, мягкость вдруг перешли в нежность. Невыносимо сладкую нежность, заставляющую отрешиться от всего. Власта сумела сыграть на струнах, до которых не дотягивались ни родители, ни врачи, сумела пробить броню, выстроенную безусым ветераном самой страшной мясорубки последних трехсот лет, и прикоснуться к его душе.

Нежно прикоснуться. Притянуть к себе.

Зачем ей это?

Витольд не знал.

Увлеченные друг другом легко забывают о времени, оставляют его за порогом восприятия, за дверями спальни, ставшей целым миром.

Вселенная уменьшается – лишь ее глаза, лишь его прикосновения, – но оказывается очень и очень глубокой – ее глаза ярче всех звезд, его прикосновения уносят в бесконечность. А время умирает.

Время снисходительно к влюбленным, бежит где-то рядом, подобно лесному ручью, журчание которого теряется в шуме деревьев, не привлекает к себе внимания. Время знает, что рано или поздно они вернутся. Вселенная двух сердец станет слишком маленькой, и они захотят расширить ее до размеров остального мира.

…Бутылка вина опустела, фрукты закончились, «светлячки» погасли, а таранящий окна рассвет постепенно стирал ночную тьму, заливая комнату серым утренним светом.

Он знал все о ее гибкости.

Она знала все о его силе.

Им было хорошо. Они лежали на измятых простынях, усталые, умиротворенные и довольные. Вдыхали запах друг друга. Касались друг друга. Чувствовали друг друга.

Витольд поймал себя на мысли, что ему нравится играть с шелковистыми волосами Власты, с длинными, густыми прядями.

Нравилось гладить, нравилось пропускать их сквозь пальцы. И особенно нравилось то, что голова молодой колдуньи в это время покоилась на его груди.

Он был готов играть с ее волосами вечно.

– Вчера ты одержал красивую победу, – не открывая глаз, произнесла Власта.

Ундер хмыкнул.

– Не надо смеяться, – пробормотала девушка, – я понимаю, что говорю!

– Не сомневаюсь, что ты видела массу боев.

– В том числе – из-за меня, – уточнила Власта.

– Тебя это возбуждает?

– Нет, – спокойно ответила ведьма. – Победителю никогда ничего не доставалось.

– Почему? – заинтересовался Витольд.

– Дуэли возникают между мужчинами, мнением девушки никто не интересуется.

– То есть всегда побеждали те, кто тебе неприятен?

– Побеждали разные. Но я считаю, что победа в драке еще не повод для того, чтобы на что-то рассчитывать. Я не кубок.

– Хм… – ответить Ундеру было нечего.