Кардонийская рулетка

 – Наверное, поэтому и злюсь: я не могу обвинять Лилиан в том, что она сделала. – И пронзительно посмотрел на брата: – Но что делать мне?

Боль – вот что увидел Антонио во взгляде брата. Невыносимую боль потерявшего все человека. Антонио увидел то, что ожидал. Для того он и пришел: чтобы увидеть и постараться помочь.

– А что ты намеревался делать, когда узнал, что Лилиан собирается замуж? – осведомился дар. – Тогда, на Заграте?

– К концу нашего путешествия Лилиан изменила решение.

– Ты с ней говорил?

– Я видел.

Дер Даген Тур улыбнулся. Против воли. Потому что вспомнил, как Лилиан смотрела на него: во дворце, на «Амуше». Вспомнил, как стояли они рядом. И как присутствие одной-единственной женщины переворачивало весь мир. Главной женщины.

– Допустим, – не стал спорить дар. – Но представь, что ничего не изменилось. Твои действия?

– Тогда все было просто, – пожал плечами Помпилио. – Я предполагал посетить Каату и поговорить с Фредериком: или он уходит с дороги, или дуэль.

– Что изменилось?

– Я изменился.

– Уверен? – Антонио покачал головой. – Ты переживаешь непростое время, брат, но ты все равно тот самый Помпилио, которого я знаю с детства. В противном случае ты уже вскрыл бы себе вены.

И этот удар достиг цели: пробил выстроенную защиту и вывел дер Даген Тура из равновесия.

– Зачем ты явился?! – сжав кулаки, выкрикнул Помпилио.

– Поговорить.

– О Лилиан?

– О тебе.

– Я согласился лететь на Кардонию, ты пристроил меня к делу. Развеселил. Что еще? Советы? Соболезнования? Что еще я должен выслушать?

Он не жаловался, не собирался жаловаться и не искал жалости.

Он потерял все и начал потихоньку выбираться из ямы. Сам выбираться, кряхтя и стискивая зубы. Он не жаловался и не просил, он готовился драться с судьбой и готов был возненавидеть любого, кто осмелился бы полезть к нему в душу.

И потому следующая фраза Антонио поразила дер Даген Тура прямо в сердце.

– Я испугался, – глухо произнес дар, и ошеломленный Помпилио умолк. – Последний раз я боялся в детстве – боялся заблудиться на охоте, но вскоре это прошло.

С тех пор я ничего не боялся, и вот – испугался потерять тебя. Мы не общались – да, но ты был. Я читал о твоих приключениях, я с гордостью говорил, что ты мой брат. И несмотря на все твои безумства, я не верил, что ты уйдешь первым. Ты на десять лет младше, ты должен меня пережить – это нормально. Когда я узнал, что тебя нет, мир стал другим. Я испугался. – Дар поставил бокал на стол и поднялся.