Красные камни Белого

«Кто из-за них появится? Младшие братья? Неведомые враги? Кто?»

Жрец хотел вознести обращение к Отцу, но не успел. Дверь, наконец, распахнулась, и на крыльцо ступил бледный, как мел, Фарадах.

– Там…

– Что? – выдохнула толпа.

– Там… – Фарадах покачал головой и отошел в сторону, освобождая дорогу Балодаку и Валуину.

Они вышли вместе, плечом к плечу, с неподвижными взорами и плотно сжатыми губами. Бледные. Но не дрожащие. Они вышли, и толпа вновь ахнула, потому что Балодак нес голову синеволосой Лериды, а Валуин держал три окровавленные руки.

– Милостивый Отец, за что?

Кто-то застонал, кто-то разрыдался, кто-то даже выругался, но большинство послушников попросту окаменело. Они готовились к тому, что их друзья мертвы, но ужасные доказательства смерти оглушили молодых спорки.

– Лерида! – закричала одна из сестер.

– Закройте двери! – крикнул Алокаридас, его приказ был выполнен с невероятной быстротой.

Младшие братья торопливо свели створки и задвинули тяжелый засов.

– Мы собрали все, что нашли в зале Первого Чтения, – негромко сказал Балодак.

– Их растерзали, – добавил Валуин. – Разорвали на части.

– Там всюду обрывки одежды, – закончил Фарадах. – И кровь.

Над Красным Домом пронесся протяжный стон.

Страх? Или горе? Или все-таки страх?

Алокаридас понимал, что должен действовать быстро и не позволить распространиться панике. Он с трудом вырвал послушников из пучины неуверенности и не хотел терять завоеванное.

– Вы видели, кто это сделал?

– Мы видели звериные следы, – ответил Валуин. – Мне они незнакомы, но у этих зверей есть когти.

– Сюда не заходят хищники!

– Значит, уже заходят!

– Но почему никто ничего не слышал?

– Как прошли они через ворота?

– Стены слишком высоки!

– Ворота тоже были открыты!

И ворота, и двери. Если бы на Красный Дом напали воины, в этом не было бы ничего странного, но хищники… Почему стражники открыли зверям двери? Что их заставило?

Вопросы важные, но ответы придется искать чуть позже.

Алокаридас мрачно посмотрел на Чузгу:

– Займись едой и… и подготовкой к похоронам.

– Да, учитель.

– Подключи побольше младших, – тихо добавил жрец.

– Я все понимаю, – склонил голову Чузга.