Ночь Солнца

Но как только выдавалась минута передышки, на душе становилось муторно и гадко. Желая отогнать это чувство, Мира достала из кармана список, пробежалась по нему взглядом, но даже до конца первой страницы не дочитала – завертелся вихрь портала.

– Время!

Первой в чёрную воронку шагнула Марина, за ней – Алёна, Игорь, Зореслав… Секунды таяли, но фея отчего-то не торопилась, замерла, бессознательно поглаживая пальцами предплечье левой руки, там, где под тканью лёгкой кофты прятался навский магический эскиз… И лишь короткий сигнал-предупреждение заставил девушку шагнуть в Хабаровск.

Студия «Танец красок Тьмы» Москва, Мансуровский переулок

Старинное двухэтажное здание в Мансуровском переулке, расположенное неподалёку от Академии художеств, ничем особенным не выделялось.

Ничем не примечательный подъезд, чистая лестница на второй этаж, единственная дверь на площадке – чёрная, деревянная, с металлическими вставками, – и лаконичная надпись справа от неё: «Курить воспрещается».

Нега остановился и коротко постучал.

Открыли не сразу – некто по ту сторону порога сначала выполз из постели (острый слух нава позволил ему различить мягкий шорох потревоженных матрасных пружин), затем потоптался, накидывая на себя что-то из одежды, затем послышалось шлёпанье босых ног – его смог бы услышать даже чел, – скрежет ключа в замке, и дверь распахнулась.

– Рано ещё, – буркнул хозяин студии, поворачиваясь к Неге спиной, – не ждал.

И двинулся в сторону кухни.

Нега вошёл, огляделся, подметил собранную сумку и улыбнулся:

– Я дал тебе поспать лишних двадцать минут.

– Меня раздражает, когда ты умный, – сонно протянул хозяин, прислушиваясь к бурчанию разбуженной кофеварки.

– Знаю, – не стал скрывать Нега. – А меня раздражает, когда ты несобранный.

– Сейчас разрыдаюсь от твоих проблем, – пообещал хозяин. – Зубы почищу и заплачу.

– Чисть магией – мы торопимся.

Вместо ответа соня медленно двинулся к туалету. Ему в спину шипела кофеварка.

Владелец студии – нав Наарга – последние сто пятьдесят лет «посвящал себя искусству», что приводило его самого в восторг, а друзей – в бешенство, поскольку богемную жизнь Наарга ценил больше богемной деятельности. Тем не менее картины необычного нава пользовались у челов популярностью, а оригинальные решения для некоторых классических магических эскизов заслужили одобрение старейших мастеров Тёмного Двора.