Отражение

А когда шок прошел, Виталик, позабыв об осторожности, о том, что доски пола могут сломаться под его весом, подбежал и заглянул в пролом. Одновременно и надеясь, и боясь увидеть девушку, распластавшуюся на полу второго этажа.

И не увидел ее.

Как ни странно, Машка ухитрилась пробить не одно перекрытие и провалиться дальше. Как далеко – неизвестно, поскольку в следующем проломе Виталик разглядел лишь черноту.

«Машка свалилась в подвал?»

В этом случае она наверняка разбилась и крепко разбилась, учитывая, сколько пришлось лететь.

«Господи, только бы жива! Только бы жива!!»

Виталик выскочил на лестницу и помчался вниз, громко повторяя мольбу и перепрыгивая через три-четыре ступеньки разом. Он так торопился, что не заметил попадающиеся на пути капли крови: на пыльных ступеньках, на площадке между этажами…

Капли появлялись равномерно, будто раненый человек поднимался по лестнице в башню, прошел через нее и вышел на крышу через глухую стену.

* * *

Проклятый лаз оказался неимоверно узким, однако выхода у Кирилла не было: оставаться в спальне, в которую в любую секунду мог вломиться вооруженный Говард, было опасно.

В смысле, Кирилл ощущал себя достаточно крепким, чтобы дать бой мускулистому брюнету, но зачем рисковать, если, во-первых, непонятно, нужно ли им драться, а во-вторых, кулаки и незаряженный револьвер не лучшее оружие против меча.

Стараясь не шуметь, Кирилл медленно спустился примерно до середины шахты и замер, неожиданно подумав, что находится едва ли не в самом безопасном месте этого проклятого старого дома, в узком пространстве подлинного спокойствия и безмятежности.

Его никто не видит.

Его никто не слышит.

«Никто не знает, где я нахожусь, и мир может катиться к черту. Я в безопасности…»

Кирилл понимал, что в нем вновь заговорила слабость, но ничего не мог с собой поделать: ведь иногда так хочется перестать стискивать зубы, остановиться, обхватить голову руками, сесть на землю и обо всем забыть.

Достало.

Тайны, загадки, мертвецы, когтистый, шакалы, амнезия – жуткий коктейль проклятого старого дома достал так, что перестал пугать.

Страх ушел, и у Кирилла осталось одно-единственное чувство:

«Надоело!»

Пришло время все это закончить, но оставался вопрос: «Как?»

«Что мне известно? Я знаю, что я – не Говард. И еще знаю, что я – не когтистый. Когтистый появился из подвала, из клетки. Именно его освобождение положило начало цепи событий… Нет! Начало положил взрыв.