Пандемия. Аркада. Эпизод первый

, по-прежнему глядя на океан. – Он согласился с моими доводами, посмотрел наброски и чертежи и искренне ими восхитился. Когда отец перебирал работы, я видел слезы на его глазах. Он сказал, что у меня талант, сказал, что окажет любую поддержку, если я решу посвятить себя строительству… А потом спросил, кто велел тому архитектору построить Notre-Dame. И я задумался.

– Дед был умен, – прищурилась Эрна.

– Да… – Б.Б. немного нервно провел ладонью по бедру. Чувствовалось, что история до сих пор его задевает. – Воплотить замысел в камне – это великое искусство, воплотить замысел в истории – бесценно, почти невозможно.

Архитектор выстроил грандиозный, поразительной красоты собор, но был человек, который приказал ему это сделать. Человек, который смог увидеть и грандиозность строения, и его смысл. Был человек, чье восприятие мира опережало не только современников, но саму историю. Был человек, который строил не град, но мир, что есть высшая форма архитектуры. Был человек, который строил будущее из настоящего.

– Как ты сейчас, – прошептала Эрна.

– Как мы, – эхом уточнил Б.Б.

– Моего труда вложено значительно меньше.

– Главное, что работаешь, учишься. И скоро превзойдешь меня.

– Не уверена, что в будущем, которое ты придумал, потребуется что-то менять. Ты – гений.

– Мне очень приятно слышать подобные слова от тебя, милая, но жизнь – это вечные перемены, без них все мертво.

– А я считаю, что ты придумал идеал.

Феллер наконец-то отвлекся от океана, с легкой улыбкой посмотрел на дочь – в его улыбке Эрна уловила едва различимую грусть, – и тихо заметил:

– Придумать мало, нужно воплотить идеал в истории, как храм – в камне.

– Воплотим, – уверенно пообещала молодая женщина. – Как раз начали.

– Да, – согласился Б.Б. – Начали.

С океана прилетел прохладный ветерок, однако отец и дочь не спешили покидать кресла, как будто опасаясь, что в гостиной их разговор не получится столь доверительным и теплым. Не хотели рассеивать чарующий туман, который окутал их при встрече и до сих пор не оставлял.

Феллер поймал себя на мысли, что готов сидеть рядом с дочерью сколько угодно, хоть час, хоть день, но… Но следующим вопросом испортил разговор.

Впрочем, он не мог его не задать.

– Видела кого-нибудь в Европе? – поинтересовался Б.Б., постаравшись, чтобы вопрос прозвучал небрежно.

– Кого? – уточнила Эрна, хотя прекрасно понимала, о ком спрашивает отец.

– Кого-нибудь.

– Спроси у телохранителей.