Паутина противостояния

– С потенциалом дорасти до низшего существа?

– К примеру, – согласился Схинки. – Этот подвиг позволил бы моему господину относиться к Катарине снисходительно. В хорошем смысле этого слова.

– Неужели у него так плохо с толковыми помощниками?

– У моего господина все в порядке, но жемчугом он не разбрасывается.

Сантьяга покачал головой, давая понять, что скорее согласен с замечанием собеседника, и негромко, «для себя», продолжил:

– Поэтому он не стал оперировать ни Катарину, ни Тео. Решил посмотреть, кто из них способен на большее.

– Совершенно верно, – подтвердил Схинки. – Я вижу, вы не оставили без внимания разговор, что состоялся у моего господина с Бруно.

– Бруно? – Комиссар блестяще изобразил рассеянность. – Ярга оперирует слуг? Делает их более послушными… – Легкое пожатие плечами, легкое пренебрежение в голосе: – В его духе, пожалуй. Ярга – апологет абсолютной власти. Он всегда стремился к тотальному подчинению.

Удар достиг цели: Схинки разозлился.

– Поэтому вы пытались его убить?

– Не только.

– Но в том числе и поэтому, – с нажимом повторил Схинки.

– В том числе…

– Но разве его желание доминировать не характерно для Тьмы? В этом желании вся Тьма! Вся! – Схинки говорил торопливо, глотая слова и брызгая слюной. – Ведь вы, расправившись с первым князем, построили империю его мечты. И до сих пор Темный Двор живет по его канонам: никто не смеет противоречить князю.

– У подданных князя есть и всегда был выбор.

– Подчиниться или умереть?

– Подчиниться или не подчиниться.

– Что делают те, кто не согласен?

– Они уходят.

– Блестящая альтернатива! – издевательски воскликнул Схинки. – Просто чудесная: или подчиняйся, или становись изгоем.

– Нав может уйти, но он останется самим собой, – парировал комиссар. – Предложение Ярги подразумевало, что все останутся, однако перестанут быть теми, кто они есть.

– Демагогия!

– К тому же если уйдут все навы, или большинство, кем будет править князь?

– И часто у вас бывали марши несогласных?

– Ни разу.

– Вот и ответ на ваш вопрос!

– Нет, уважаемый Схинки, это ответ на ваш вопрос. – В антрацитовых глазах Сантьяги блеснули веселые огоньки. – Право навов уйти не позволяет князю расслабиться, уснуть на лаврах, забыть об обязанностях. Право навов уйти заставляет князя быть искусным правителем, мешает ему превратиться в тирана.