Время вышло. Современная русская антиутопия

– Стихи Иннокентия Анненского высоко ценила Анна Ахматова, его сборник «Кипарисовый ларец» был настольной книгой Александра Блока. Неоспоримо влияние Анненского на поэтов поздней эпохи…

Пора. Пора, подумал Арсений. Сейчас.

– Современники отмечали, что лирика Анненского находится в перекличке с поэзией другого гения – Райнера Марии Рильке. Это не удивительно, Рильке любил и высоко ценил русскую литературу и поэзию…

Сейчас. Сейчас.

– В своих стихах, простых, но необычайно выразительных, Райнер Мария Рильке отразил боль и надежды поколения, жизнь которого прошла в ожидании мировой войны…

Sein Blick ist vom Vor?bergehn der St?be

So m?d geworden, dass er nichts mehr h?lt…

Арсений отметил, как нервно задёргался хвост Флоэмы.

Ihm ist, als ob es tausend St?be g?be

und hinter tausend St?ben keine Welt.

Насколько Флоэма любила немецких композиторов, настолько же она не переносила немецких поэтов, Арсений это тоже давно подметил. Гейне вызывал истерический чёс, Гёльдерлин заставлял шипеть и выгибать спину, Рильке…

Разумеется, эта дрянь ничего не понимала в немецкой поэзии, но сам строй языка, лязгающие его звуки будили во Флоэме ярость.

Рильке выпустил бурю.

Флоэма выпрямилась и вцепилась Арсению в лицо. Зубами в кожу на лбу, передними лапами в щёки. Арсений понял, что случится в следующую секунду. И оно случилось – Флоэма подтянула задние лапы и несколько раз пнула Арсения в щёки. Когти, конечно, выпустила.

Арсений удержался от вскрика.

Он почувствовал, как натянулась и лопнула кожа, как царапины прошли по щекам, как когти разорвали нижнюю губу. Больно.

Это было необычайно больно. Арсений промолчал.

Флоэма сместилась рывком, теперь она сидела у Арсения на голове. Она оказалась неожиданно легка, она должна была весить вдвое больше, но весила мало, не больше трёх килограммов.

Капли крови падали на белую гладь рояля, на белые клавиши, на чёрные, это было красиво, отметил Арсений, льняная рубашка быстро промокла от крови.

Die Bl?tter fallen, fallen wie von weit,

als welkten in den Himmeln ferne G?rten;

sie fallen mit verneinender Geb?rde.

Und in den N?chten f?llt die schwere Erde

aus allen Sternen in die Einsamkeit…

Флоэма ударила сверху лапами.

Когти неприятно скрипнули по сапфировым линзам. Страшно. Арсений старался не шевелиться – Флоэма зацепила и оттянула верхнее веко.