Родная кровь

И Лисин придвинулся к фанерной створке на случай, если она вдруг соскочит со стульчака и рванет к выходу. – Её убили и ограбили. У бабушки была пара старинных украшений. Я знаю, что раз или два она покупала какие-то безделушки. Ей отчего-то хотелось, чтобы у меня было… приданое.

За дверью раздался сдавленный всхлип. Лисин промолчал.

– Я не видела рядом с бабушкой подозрительных людей, но твёрдо уверена, что она не стала бы покупать краденые вещи. Бабушка всегда жила честно. Всем помогала и ни с кого ничего никогда не брала… Мы никогда не жили в достатке.

На что она должна была покупать такие вещи? Как продавала бы их, если последние годы почти не выходила из дома? Вы нас с кем-то перепутали.

– И никого подозрительного вы не видели?

– Никого.

Девушка снова всхлипнула.

– У нас нет денег, нам даже продать нечего, какой интерес может быть к нам у преступников? Неужели вы думаете, что, будь я скупщицей краденого, не сумела бы устроить сына в хорошую клинику? Неужели я собирала бы, экономя на всём, деньги на операцию? И знаете что? Я их так и не собрала.

Если бы они были у бабушки, она завещала бы нам с Кирюшей, но их нет. Ничего у нас нет. Вы ошиблись.

Вспомнив о сыне, Настя стала смелее. Она спустилась на пол – Лисин увидел под дверью её ноги в потрёпанных туфлях с обитыми носами и вытертых джинсах, – и голос её стал громче.

– Я показала бы вам все драгоценности, которые были у бабушки, но у меня ничего нет – всё забрали полицейские. Да и огонь их сильно повредил.

– Меня интересуют не драгоценности, а человек, с которым ваша бабушка могла встречаться.

Девушка возмущённо фыркнула.

– Я же сказала, что к ней никто не приезжал!

– Вы сказали, что никого не видели.

– Спросите соседей!

Лисин неслышно положил на фанерную дверцу руку с артефактом «Спокойное море», и через несколько мгновений почувствовал результат: собеседница задышала ровнее.

– Не воспринимайте меня в штыки, Настя. Просто давайте подумаем вместе. Если бы я хотел причинить вам вред, то просто послал бы к вам полицию, дав им все ниточки, и вы уже были бы в тюрьме по нелепейшему подозрению в соучастии.

Но мне важно разобраться, что к чему на самом деле. Я не привык действовать импульсивно, а вы, боюсь, подчиняетесь эмоциям. Иначе мы сидели бы с вами в уютном кафе за чашкой кофе или взяли бы по порции мороженого с карамелью и орешками, а не разговаривали через дверь в… санитарной комнате. Послушайте, Настя, и подумайте – не решайте и не отвечайте сразу.