Капитан Магу. Палканский дебют

Разница между двумя этими категориями женщин была только в том, что одни занимались этим за деньги, а вторые из любви к искусству или ради карьеры своих мужей.

Секундой позже Магу понял, что пуховая перина под его боком также ничем не напоминала жесткий матрас в его комнате. И укрывавшее его розовое одеяло тоже было чужим. А еще он был полностью голым. Баронесса Люменкрофт! Ей все-таки удалось! Алекс торопливо отогнул край одеяла, чтобы увидеть свою соседку по перине. Вместо мелких кудряшек баронессы на подушке обнаружились крупные светлые локоны.

Не она!

События вчерашнего вечера начали нехотя всплывать в его памяти. Они с Анатолем наконец-то выбрались вчера к Тюба, чтобы, как полагается, хорошенько обмыть новый орден Алекса. Заодно отметили и новое назначение капитана Магу. Память решительно отказывалась явить тот момент, когда к ним присоединилась эта девица. Вроде она была недурна собой и весела, но Анатоль при ее появлении вроде даже немного протрезвел.

Потом Алекс пил с ней шампанское на брудершафт, а Анатоль, гад, наступил ему на ногу своим сапожищем. «Или он хотел меня о чем-то предупредить?» Потом основательно перебравший горячительных напитков капитан Магу галантно предложил отвезти барышню домой в своей семейной карете. Там же, в карете, они начали целоваться. Продолжили на темной лестнице какого-то особняка, потом она привела Алекса в эту спальню.

«Карета! Неужели она до сих пор здесь стоит?» Ах да, он же ее вчера отпустил.

Затем Алекс припомнил, что они с барышней вытворяли на этой перине, и невольно покраснел. «Интересно, где мое портмоне, и хватит ли в нем денег, чтобы с ней расплатиться?» Капитан протянул руку и убедился, что на сегодняшнюю ночь его соседка нижним бельем также не озаботилась.

– Алекс, я еще сплю!

«Она еще и имя мое помнит!» Алекс хотел было убрать руку, но ее сверху накрыла нежная девичья ручка и настойчиво потянула выше. Ладонь легла на нежное полушарие с твердой пуговкой на вершине.

Барышня явно требовала продолжения, бравый капитан не нашел причин для отказа.

Где-то час спустя девица откинула одеяло, села, блеснув белизной хрупких плеч, затем накинула шелковый пеньюар и отправилась в уборную. «Как же ее зовут? Кажется, Мари. Опять Мари!» После ухода барышни Алекс получил возможность немного осмотреться и сориентироваться на местности. Желтое солнце поздней осени заглядывало в высокое окно.