Пламя Деметры

 – Я бы хотел сделать оговорки вот здесь и здесь, что я имею право не совершать действия, причиняющие вред моим друзьям.

– Если вы подпишете контракт, ваши друзья станут вашими врагами.

– Вот этого мне бы и не хотелось.

– Тогда получится, что вы сможете отказаться выполнять любой приказ.

– Я не буду отказываться без крайней необходимости.

– Вы согласны на психоблок?

Анатолий задумался примерно на полминуты, после чего решительно сказал:

– Согласен.

– Замечательно, – Сингх извлек из принтера еще один лист бумаги.

 – Подписывайте.

Анатолий внимательно прочитал текст контракта и расписался внизу.

– У вас стандартный нейрошунт? – спросил Сингх.

– Да.

– Вход через мобилу?

– Да.

– Давайте ее сюда и откройте входной канал. Ага. Подождите минуту. Есть. Познакомься, Дзимбээ, это наш новый сотрудник. Пока пусть подчиняется непосредственно тебе, возьмешь его с собой, проверишь в деле". Вопросы?

– Я хотел бы получить официальное подтверждение чрезвычайных полномочий, – сказал Дзимбээ.

– Думаешь, все так плохо?

– Просто на всякий случай.

– Хорошо, сейчас, минуту... вот, держи. Еще вопросы? Тогда все. Дадим миру шанс.

– Дадим миру шанс! – откликнулся Дзимбээ. Анатолий ничего не сказал, а его лицо скривилось в гримасе отвращения.

5

Вертолет вынырнул из облаков, тряска сразу стала слабее, а через некоторое время совсем прекратилась. Если бы стекла иллюминаторов не были такими запотевшими, можно было бы разглядеть звезды.

Якадзуно почувствовал, что его сердце куда-то проваливается.

Сила тяжести в салоне быстро уменьшалась – вертолет переходил на гравитационную тягу. Стрекот пропеллеров замедлился и вскоре совсем затих, в наступившей тишине было отчетливо слышно, как загудели сервомоторы, складывающие лопасти несущих винтов. Затем винты убрались в специальные пазы на крыше и наступила полная тишина.

Якадзуно находился в задней части салона, ему было хорошо видно все происходящее впереди. Ибрагим сидел в первом ряду, рядом с Аламейном, на коленях Ибрагима лежала переносная консоль, он что-то внимательно изучал, время от времени перебрасываясь репликами с Аламейном.

Весь проход между креслами был завален всевозможными мешками, сумками, тюками и баулами, что неудивительно – когда сворачивается лагерь, в котором постоянно обитало почти тридцать человек, всегда выясняется, что вещей скопилось гораздо больше, чем кто-либо мог представить себе. А ведь есть еще багажный отсек...