Сказание об Иле

Теперь спуск освещали коптящие факелы, расположившиеся на всем пути до самого низа. Они горели с треском, время от времени изрыгая кипящие смоляные капли. Правитель Закрая спускался быстро, словно играя с посланцем Иля в кошки-мышки. Роха явно проигрывал ему в сноровке. С трудом сохраняя равновесие, Спасенный едва поспевал за ускользающей тенью. И вот они внизу.

Теперь его нос отчетливо улавливал запах псарни. Они стояли возле того места, где дальнейший спуск был невозможен из-за преграды, что выросла перед ними в виде кольев.

Те стояли тесно, в два ряда. Скрепленные меж собой ржавыми железяками. Это был добротно сделанный заслон.

Правитель Закрая приложил палец к своим губам:

– Тс…

Держа тлеющий факел, он пытался разжечь пламя, для чего раскачивал его из стороны в сторону, но дело не шло. Они стояли в тишине, свет факела едва пробивался тусклыми красноватыми лепестками за ту сторону, что была сейчас отчерчена линией из скрепленных железяками кольев. Тени, отбрасываемые факелом, уходили куда-то глубоко вниз.

Там они расширялись, расплывались и, наконец, пожирались мраком.

Вдруг Ямых насторожился и, взяв Роху за рукав, стал показывать куда-то в темноту. За кольями послышалась возня; нарастающая, она шла откуда-то из глубины. Звуки приближались. Еще мгновение, и вот… они уже совсем рядом. Животное дыханье, резкое и прерывистое, замерло с той стороны в шаге от заслона. Ямых потряс факелом, и тот, затрещав и выдав чадящий дымок, разгорелся. Правитель Закрая поднял руку, направив огонь вперед и вверх.

Роха замер, заметив в темноте силуэт огромного зверя. Напоминающий огромную крысу или, вернее, чудовищного вида собаку, зверь наблюдал за ним. Когда свет от огня упал на эту тварь, она вздыбила холку и злобно ощетинилась, выставив желтые клыки. Вдруг рядом с ней Посланник увидел еще одну и еще… Пара таких же злобных тварей, опустив черные сморщенные морды, медленно подошли к заслону. Роха нащупал рукоять меча и сделал шаг назад.

– Страшно? – вкрадчиво спросил Ямых.

Роха сделал движение плечом, как будто отряхиваясь, а затем подошел вплотную к заслону.

Тварь – та, что появилась из темноты первой, – просунула морду сквозь колья, в своей огромной пасти она держала кость, на конце которой увесистым грузом повисло копыто. Зверюга кинула копыто под ноги Спасенному и, быстро обнюхав воздух, издала короткий рык, а потом, попятившись назад, подобно призраку, растворилась во тьме.