Оборотни Гведского леса. Книга четвёртая

Нотариус и его секретарь побывали в сквере с мраморной статуей Ангела города и постояли перед Голубым дворцом – в прошлом резиденцией князя Голубой страны, а теперь канцелярией губернатора княжества. Все гведские князья давно жили в Квакенбурге при королевском дворе. На столичном Гранд-бульваре для них были выстроены роскошные дворцы из разноцветного мрамора с гранитными львами у парадных подъездов.

Свернув на Аллею для прогулок, спутники миновали Северный университет и оказались на Соборной площади. Вдоволь налюбовавшись величавым собором Святого Иосуба с могилой святого под алтарём и курантами мастера Густава на башне, нотариус, наконец, решил, что настало время подкрепиться.

В Голубой стране было принято в день есть три раза: завтракать, полдничать и обедать. После позднего обеда, который в других краях сочли бы за ужин, здешние жители отправлялись спать. В самом северном княжестве Гведского королевства темнело рано, поэтому люди привыкли рано ложиться.

Покинув Соборную площадь, они углубились в кривые переулки, больше похожие на тропинки среди каменных круч.

С обеих сторон потянулись лавки и лавочки, магазины и магазинчики, закусочные, харчевни, погребки, рюмочные и тому подобные забегаловки. Там их мигом окружили уличные торговцы.

– А вот горячие пирожки с ливером, беляши с крольчатиной! – рвал горло продавец пирожков. – Изысканное угощение для благородных месьеров!

– Кому молочка! Кому свежего молочка! – надрывалась торговка ослиным молоком.

– Попробуйте мои леденцы, карамельки, пастилки, нугу, сахарную вату! – выкрикивала другая.

 – Сладости! Сладости! Сладости!

– Согрейтесь горячим вином, достопочтенные месьеры! – вопила третья. – Стаканчик! Кому стаканчик?

– Починка вёдер, кастрюль, сковород! – орал лудильщик. Ему хрипло вторил точильщик:

– Ножи-ножницы то-о-очим!

Как ни странно, но забавный выговор обитателей Ксанта всё время напоминал Мельхиору о доме. Дело в том, что так говорила их экономка и кухарка Саския. Она была родом из этих мест, поэтому Мельхиор был хорошо знаком и с северным произношением, и с северной кухней.

Миновав назойливых торговцев, доктор Мартиниус и его секретарь наткнулись на кабачок, зажатый между лавкой старьёвщика и детским приютом «За пазухой у Создателя». Над кабачком на скрипучем вертлюге болталась вывеска с витиеватой надписью «Пьяный гном». Старинное здание ушло на десяток локтей в землю и теперь, чтобы войти, приходилось спускаться по истёртым ступенькам.