Врача вызывали?

Валера налил вина и сказал:

– Конечно. Вот и сегодня воспользовался.

– Что-то здесь не так, что-то мне не душе… – неуверенно сказал Сергей.

– Тебе мешают ограниченные представления о жизни, – самоуверенно заявил Бродяга. – Очевидно, слово «пользоваться» настораживает и напрягает. Ты думаешь, что пользоваться людьми не красиво, не порядочно? Верно?

Сергей кивнул.

– Но ведь пользоваться можно и хрустальной вазой – осторожно и бережно, не так ли? Ты наверняка имеешь в виду, что я использую людей в личных целях?

Сергей снова кивнул, – Ну, так вот – не использую.

Манипулирую только в порядке самообороны от дураков и прочей агрессивной братвы.

Сергей помолчал и спросил:

– Я чисто теоретически интересуюсь – а смог бы?

– Конечно! – не задумываясь, ответил Валера.

– Так почему же ты не…?

– Так не порядочно… – не дал договорить Валерка.

– Но соблазн большой? – спросил Сергей.

– He-а… Так, пошалить, подёргать немного за ниточки… Но не более того, – беспечно сказал Бродяга.

 – У меня, как у настоящего самурая, есть кодекс чести.

Сергей не совсем понял, где кончается шутка, а где Валера говорит серьёзно. Но вопрос был принципиальный, и Сергей не отставал:

– Но соблазн большой?

Валера внимательно посмотрел на нового друга.

– Скажи, ты тех хлопцев мог бы вырубить за шесть секунд, правда?

– Не вопрос, – ответил Сергей.

– Трудно было удержаться? – спросил Валерка.

– Да нет… Зачем мне это? – удивился Серый.

– То есть тебе никому ничего доказывать не надо.

Ты и так уверен в своей силе?

– Понятно… А ты – в своей! – догадался Сергей. – Ну, тогда другое дело. А то я уж думал, ошибся в тебе…

– Не ошибся… Не ошибся, – засмеялся Валера и посмотрел на пустой фаустпатрон (бутылка вина 750 мл).

Вино закончилось незаметно. Было уже довольно поздно, но Серый решил продолжить разговор. Это было на него не похоже.

– А знаешь, ты рассуждаешь, как человек гораздо более взрослый… Откуда у тебя это?.

.

– Мудрость, что ли? – скромно подсказал Валера.

– Ну, мудрость, не мудрость, – засмеялся Сергей. – Но знание людей…

– Трудное детство, – задумался Бродяга. – Нет, неверно… Достаточно обыкновенное детство. Однако я был очень чувствительный и ранимый хлопчик. Жить было больно. Поэтому очень рано стал задумываться о жизни… Каждый день думал… Давай лучше я про тебя расскажу.

Сергей понял, что Валера не хочет вдаваться в подробности.