Нотариус из Квакенбурга. Книга первая

Даже в Кроне знают пиво марки «Толстяк Вилем»! Каждую неделю я отправляю туда десять бочонков тёмного и десять светлого.

Поблагодарив добряка, мы с аппетитом приступили к трапезе. Изрядно проголодавшись в дороге, за едой никто из нас не разговаривал. Отдав должное вкусной и обильной пище, мы запили её пивом, которое действительно оказалось превосходным.

Пока мы расправлялись с обедом, монахи сложили то, что не доели в котомки, помолились и двинулись к выходу. Проходя мимо нашего стола, шедший первым высокий, худой как жердь янит вдруг внезапно остановился и издал громкое восклицание.

От неожиданности мы все трое, как по команде, перестали есть. Старик, вперив в молодого графа взгляд своих чёрных глаз, которые резко выделялись на его узком морщинистом лице, воскликнул:

– Берегись, грешник! Печать смерти лежит на твоём челе. Покайся пока не поздно!

Разговоры в зале разом умолкли, и все посетители обернулись в нашу сторону. Озрик уронил вилку на стол и побледнел. Я оцепенел и от страха не мог вымолвить ни слова.

Один нотариус сохранил присутствие духа. Он спросил монаха, продолжавшего сверлить графа тяжёлым взглядом:

– О каких грехах вы говорите, святой отец?

– Никто не знает о своих грехах лучше самого грешника. Покайся, несчастный! Смерть идёт за тобой по пятам!

С этими словами монах повернулся и быстро вышел на улицу в сопровождении своего товарища. После их ухода ещё некоторое время в харчевне стояла тишина. Люди поглядывали на Озрика Де-Бурга, друг на друга и качали головами, не решаясь заговорить.

Молодой человек сидел по-прежнему бледный. Было видно, что он пытается прийти в себя. Мартиниус о чём-то задумался. Так прошло некоторое время. Наконец, к нам подошёл хозяин заведения и заговорил:

– Это конечно не моё дело, доминус, но на вашем месте я бы прислушался к словам янита. Они обладают даром предсказания, это каждый у нас знает. Поэтому лучше вам сходить в церковь, как можно скорее.

Немного придя в себя, мы заплатили за обед по пять гведских крон и, усевшись в карету, продолжили свой путь.

Отдохнувшие и накормленные лошади бодро потащили тяжёлый экипаж по дороге на Крон. За окном снова замелькали деревья и придорожные чёрно-белые столбики с коронованным гведским орлом, обозначающие пройденные мили.

– Ну и что вы об этом всём думаете, месьер Мартиниус? – спросил граф, как только мы отъехали от харчевни. На лице его опять появилось выражение доброжелательной вежливости, так для него характерное.