Гуллипутия

Ну кому ты и что продашь,

Очутившись в таком дерьме,

Даже новость не передашь,

Чтоб не сделать хуже себе

И другим – им кормить детей,

Каждый свой выпекает хлеб,

Нет особо ценных идей

На потрёпанном корабле.

За ширмой

За ширмой из цветов

Творится волшебство,

Не надо лишних слов,

Послушайте его.

Мышиная возня

Средь невысоких трав

И крики фазана

Поодаль в камышах.

Прекрасная пора

Влюблённых и цветов,

Благословенный край

Орлов и шашлыков,

Люблю тебя, Кавказ,

Без вин и без прикрас,

Чудак и козопас,

Живу здесь и сейчас.

Крыса в банке

Канализация воняет, в огороде прёт сорняк,

И крыса утра дожидается в стеклянной трёхлитрушке,

А я гармонии внимаю, прикорнувши кое-как

В моём двухкомнатном трамвае на боку и без подушки.

Всё недоделано, всё шито белой ниткой на скоряк,

Сдох мотоблок и третий год едим мы завтраки на ужин,

Но как ни странно, это счастье называется семья,

В нём кто-то кличется женой и откликается на мужа.

Пернатый хаос продолжает свои песни за окном,

Перед рассветом, как обычно, будет шумно, очень шумно,

И я люблю и ненавижу этот трепетный дурдом,

Нет ночью сна, нет сна и днём, едва упал – а вот и утро.

По батареям с наслажденьем разливается вода,

И птичий гвалт волной течёт от тех кустов всё ближе к дому,

Гравюру чёрного ореха в рамке белого окна

Художник лихо наваял по розовато-голубому.

Я потрясающе живу, я управляюсь на ура,

Насос откачивает воду из моей дырявой лодки,

В которой видят свои сны жена, собака, детвора,

Я упиваюсь пеньем птиц и пьян сильнее, чем от водки.

Живу в моменте, ведь момента даже смерти не отнять,

Нет суеты, достойно памяти ничтожное мгновенье,

Канализация воняет, в огороде прёт сорняк,

Вода с журчанием стремится по чугунной батарее.

Маш – не гречка

Любовь – это не печка,

А маш – это не гречка,

Обочина – не встречка,

И всё это – не вечно.

Надёжное местечко,

Квартира в ипотечку,

Спокойное сердечко,

Да не держали свечку.

Иронии излишней

На торте нету вишни,

Для дармоедов – вирши,

Делишки – у людишек.

Не чувствую потопа,

Да благо есть полопать,

А там – что в лоб, что по лбу,

Что сгнило – то европа.