Доля ангелов

И в самом деле, где ж это видано, чтобы простой столяр – и вдруг облечен такими полномочиями, да еще в таких экстремальных условиях?

Однако же, пошумели-пошумели и постепенно успокоились. Тем более, что «сверху» пришло четкое указание: столяра взять и сделать все как надо, а то времени уже совсем нет и даже никакого запаса не осталось, утекает как песок. А судить надо, и воздавать по делам тоже придется. Но так уж вышло, что расплодившееся не в меру человечество оказалось четверке Всадников немного не по силам.

Первым на небеса явился Война и устроил в приемной страшный скандал.

– У меня конь! – заорал Война трубным голосом, грохнув створкой врат. Привычные ко всему архангелы даже не поморщились, продолжая играть в нарды. Только Михаил вяло поинтересовался:

– Что – конь? У всех кони.

– У тебя тоже? Кавалерист хренов! – злобно проревел Война, бухнув по секретарскому столу, вырезанному из куска Ковчега, своим двуручным мечом. Святая щепка отскочила и впилась в локоть Гавриилу.

– Уй, ммма…! – тот еле сдержался от неподобающего возгласа, подскочил и сгреб Войну за грудки. – Ты что тут учинил, недобиток? Иди вон… куда послали! И добивай там!

– Куда послали… – передразнил Война, горько скривившись. – Ты видел, сколько их там?! Пашем в четыре смены, а они плодятся, как чертовы кролики! Особенно в Китае! Мы что, стахановцы? Балканы, Африка… в рот им всем кило печенья!

При слове «чертовы» стены в приемной колыхнулись и заметно задрожали. Война, распалившись от собственных слов, отодрав цепкие пальцы Гавриила от кольчуги, продолжал яростно:

– Да! Плодятся! А у меня – конь! Не жравши! Того и гляди, откажется скакать! И так вон, весь в крови уже! Даже сахар с ладони брать перестал!

– Так он у тебя с самого начала кровавый, – удивился Рафаил.

– С самого начала – дело другое! Это же и-ми-дж, деревня крылатая! А тут… Э-эх! – Война ссутулился и с лязгом забросил меч за спину.

– Сидите тут… – бормотал он, бесцельно выхаживая среди облачного пола, – сидите… Пиявки… А мы там… Везде…

– Ладно, ладно, – успокоил всадника Михаил, – твоя заявка принята к рассмотрению.

– Самим? – с надеждой осведомился Война, глядя на архангела исподлобья.

– Ага, щаз. Спешит и падает прямо. Других дел у Него нет, можно подумать. То есть, конечно, если бы вы там вовремя закончили, других бы у Него и не было. А сейчас – есть. Все, все, не мешай.

Война, матерясь, ушел, но спокойствие длилось недолго.