Доля ангелов

Кстати сказать, тот галеон, который безымянным был продан ирландскому доктору, решившему стать пиратом, получил от нового хозяина нелепое имя «Арабелла» и ясным тихим днем затонул где-то на рифах вблизи Кокоса, будто бы усталая опустевшая оболочка корабля больше не захотела держаться на плаву. Узнав об этом, Джон Стейк налил себе кружку рома, вышел на улицу и ласково, словно холку верного пса, потрепал вывеску.

– Я всегда говорил, старина, что давать кораблю новое имя надо с умом. Вот я – назвал тебя «Эскалопом».

Это доброе имя, от него пахнет дымком, и каждый крепкий мужик сглотнет слюну, почуяв в этом имени вкус жареного мясца… А где мясо – там и кровь, надо только уметь правильно отрезать лакомый кусок и бросить на уголья. Но вот назвать корабль в честь какой-то непонятной бабы… Да если даже и понятной? Нет, женщина на корабле – к несчастью! Это, как если бы мне взбрело в голову назвать тебя «Молли»…

– Что ты сказал, Джон? – Молли Макальпин возникла на пороге таверны и шутливо ткнула Стейка кулачком под ребра.

Шутка шуткой, но ткнула ощутимо. – Говоришь, в мою честь корабль назвать нельзя?

– Нельзя, – твердо сказал Джон Стейк, вздыхая и готовясь к обороне. Глаза его подруги потемнели, предвещая бурю.

– Значит, нельзя? Как жрать и в койку, так можно, значит? А как корабль назвать… Я, между прочим, из рода королей Далриады…

– Ага. И трон твой в таверне «Эскалоп», – весьма неосторожно буркнул Стейк.

«Началось!» – в ужасе зажмурился Иеронимус. Крыса, не страшившаяся абордажных атак, мгновенно заняла безопасное место на самой высокой полке. Да, Иеронимус отлично знал, что будет дальше. Хорошо бы на этот раз обошлось без того, чтобы в дело пошел большой котел…

Но чаще всего Джон Стейк просто готовил, и дело обходилось без посудных баталий – потому что котлам, вертелам и сковородам повар находил совсем другое применение. Еще в бытность свою простым юнгой, когда Стейк ходил на «Ягненке» под начальством де Рюйтера, он выучился готовить так, что пальчики оближешь.

Старый Джонас по прозвищу Барбекю, кок на «Ягненке», обучил юнгу Стейка всем премудростям готовки в открытом море – и чтобы в любую погоду.

– Запомни, сынок, – гремел кастрюлями Барбекю, успевая почесывать хохолок своего старого и почти совсем лысого попугая по кличке Эскудо, – матрос – не свинья, помои жрать он не будет.