Зловещие тени Стинадлы

Потом была срочная операция, две дыры в черепе, закрытые пластинами, кома, продолжительное лечение в клинике. Мне хватило запаса прочности, чтобы выжить, назло себе остаться в Яви, но теперь земля уходит из-под ног, верх-низ отменены, лево-право нечётки. У меня проблемы с равновесием, речью, временами немеет бедро, мучает извращение вкуса (например, не могу пить чай), постоянно забываю слово «абрикос». Самостоятельно сходить в туалет – целое приключение. Отныне и навсегда я приговорён регулярно измерять давление, пить гадкие таблетки, гулять.

Если бы заранее знать, в какого никчёмного инвалида превратит меня инсульт, то придя в сознание после операции, я прошептал бы: «Не надо. Закопайте меня обратно».

Впрочем, если не быть особенно придирчивым, в инсульте есть и своя прелесть. Никакой боли. Просто в глазах темнеет, и вот ты уже занимаешь очередь перед райскими вратами. Конечно, дело вкуса, но лично я всё же предпочитаю умереть в девяносто девять лет, выпив хорошего вина на террасе своей белоснежной виллы у самого синего моря.

Надеюсь, этот чудесный день наступит ещё не скоро, а пока я занимаю место за столом в нашей небольшой кухне. Лукас вскарабкивается на табуретку напротив меня. Марина накладывает на тарелки перцы. Включает радио. Радиостанция «Антенне Байерн» – круглосуточная музыка, прогнозы погоды и пробки на автобанах. Под один из повизгивающих хитов покойного Майкла Джексона приступаем к обеду.

– Сегодня у Лукаса терм?н к врачу, – сообщает мне Марина, когда я уже берусь за кофе.

 – Через час. Поможешь мне, дорогой?

– К какому врачу?

– К ухо-горло-носу.

– А что случилось?

– Я заметила, что Лукас стал хуже слышать. Приходится всё ему повторять дважды.

Я знаю, что Марина заботливая, как волчица. Женщина-мать! Но я не привык принимать на веру чужое мнение.

– Лукас, ты плохо слышишь? – негромко спрашиваю мальчишку, глядя на Марину.

Не обращая внимания на мои слова, Лукас продолжает уписывать перцы за обе щёки. Вкусно ведь. И чего зря кривлялся?

– Лукас, ты плохо слышишь? – немного повышаю я голос.

– А? – поднимает на меня глаза Лукас.

– Вот, видишь! – огорчается Марина. – Лукаса обязательно нужно показать специалисту, пока слух совсем не сошёл на нет. Я утром записалась на приём к доктору Фрухту.

– А я чем могу помочь?

– Я отвезу вас к врачу. Пока вы будете там, я успею сделать ещё несколько срочных дел. Позвонишь мне, когда закончите, и я заберу вас. О’кей?

– О‘кей, золотко.