Жить. Как прекратить искать смысл и просто начать

Штукатурка на потолке была старая, с подтеками по углам и большим пятном посередине потолка. На стенах кое, где свисали обрывки обоев, а пол был сбит из досок, покрашенных в бордовый цвет. Ричардсон встал с кровати и увидел, как возле окна в углу на старом стуле сидит женщина лет семидесяти. Она, молча, сидела и смотрела в окно.

– Доброе утро, – сказал Ричардсон.

В ответ тишина. Женщина вообще никак не отреагировала, даже не шевельнулась. Ричардсон подумал, что она глухая и вышел из комнаты. На кухне сидел Билли, так назвал его вчера ночью отец, и доедал завтрак.

– А, мистер Ричардсон! Доброе утро. Хотите позавтракать?

– Нет спасибо, я не голоден. А где твой отец?

– Он ждёт Вас на улице.

Возле калитки стояла старая телега с запряженной в хомут лошадью. Мужчина, приютивший Ричардсона, проверял крепление шлеи, в тот момент, когда Ричардсон подошёл к нему.

– Доброе утро. Мы так и не познакомились вчера, – сказал Ричардсон, – вернее Вы не представились…

– Я и не собираюсь Вам представляться! И мне абсолютно не интересно как Вас зовут и зачем Вам этот особняк.

Я отвезу Вас к нему, но Вы должны пообещать, что никому об этом не расскажете и забудете нас с Билли, и дорогу к нашему дому навсегда.

– Обещаю… только вот, я видел женщину, утром в комнате, когда проснулся…

– Я сказал! Забудьте и никаких вопросов!

Томас и незнакомец сели на разные стороны телеги, повернувшись спиной, друг к другу и молча, двинулись в путь. Дом, от которого они отъезжали, располагался на краю городка и дорога, которой они поехали, вела мимо вокзала, в окружную, не въезжая в сам город.

Проезжая мимо вокзала, Ричардсон обратил внимание, что ночью он казался ему куда более ухоженный и красивый. Кое-где, на фасаде двухэтажного здания, виднелись трещины в стенах. Над деревянными дверьми, которые служили входом в вокзал, был виден четкий след от когда-то висевших там часов или чего-то другого, большого и круглого. Внизу окон, каменные стены покрывал мох, а самое левое окно на первом этаже здания, было разбито.

Проехав ещё около десяти километров, пыльная дорога, пролегающая через сухие поля, начала меняться на зелёную, местами каменную дорогу. Было сразу видно, что по ней мало кто ездил в последнее время. Зелёная трава росла прямо и не была примята. По бокам дороги росли сначала кусты и кустарники, но потом они сменились на лес с высокими деревьями, ветви которых свисали над дорогой, образовывая длинный коридор-арку из листвы.