Не быть волшебницей

Уж если кто и мог понять, что происходит, так только он.

Подбежав к домику, Лана стала молотить в дверь сжатым кулачком. Но к двери никто не подходил. Более того, Лане казалось, что и звука от ударов по деревянной двери никаких не возникает. Она подбежала окну и стала стучать по нему, но и стекло глухо отозвалось тишиной. Лана заглянула внутрь дома через обсыпанное мокрыми шариками окно. Мастер Кингли спал. Вернее, он лежал на кровати, но, к ужасу Ланы, не шевелясь. В отчаянии она решила разбежаться, чтобы всем телом навалиться на оконную раму.

Но только она сделала первый шаг в разбеге, как откуда-то из посадки раздался басовитый раскатистый голос:

– Бесполезно.

Лана замерла и попыталась разглядеть говорившего. Вдруг из темноты посадки отделилось небольшое дерево и с хрустом веток стало приближаться к Лане.

Она хотела убежать, но ноги ее не слушались. Прижавшись от страха к двери дома, она отчаянно выкрикнула:

– Кто ты?!

– Я Чур, – басовито ответило дерево и продолжило приближаться.

– Кто? – срывающимся голосом уточнила Лана.

– Чур, – все ближе подходя, ответило дерево.

Наконец, когда напугавшее Лану существо подошло достаточно близко, девушка с изумлением поняла, что напугало ее вовсе не говорящее дерево. Перед ней стоял высокий старик с густой бородой и ветвистым посохом. Вся одежда старика была утыкана какими-то колючками, а в густой шевелюре что-то чуть слышно стрекотало. Это был точный портрет настоящего волшебника, какой себе всегда представляла Лана.

– Вы волшебник? – выдохнула она.

– Я, – улыбнулся старик, – нет. Ну, может, в некотором роде. Я вообще-то пограничник из мироколицы.

– Откуда? – не поняла Лана.

– Эх, – выдохнул Чур, – все забываю, какая молодежь бывает темная. Из мироколицы. Это такое пространство между мирами. Я вот слежу за этой границей, а заодно и за мирами, которые обхожу.

– Вы из другого мира, – ахнула Лана.

– Нет, то есть да, – запутался Чур. – Ты вообще меня слушала? Я из междомирья.

И вот зашел узнать, что у вас тут происходит. Думал, старый мастер озорничает. Но, судя по тому, что ты единственная здесь двигаешься, а мастер, замерши, лежит, начудила тут ты.

– Я случайно, – виновато опустила голову Лана. – Я делала часы, чтобы выиграть немного времени для себя, но они сломались, и теперь вот, – она обвела вокруг себя руками.

– Да, – хмыкнул Чур, проводя рукой по застывшим каплям дождя, – занятно получилось. Но теперь часы надо починить.