Противостояние

– Стеф, какие уже есть результаты? – в эфир ушла как всегда его четкая команда, сказанная ровным, но не терпящим никаких пререканий, тоном.

В эпицентре ядерного взрыва работали три человека во главе с его заместителем Стефаном Ковальски.

– Без сомнения ядерный взрыв. О его мощности скажу через пару минут, – тут же пришел ответ.

– С девяноста пятью процентами вероятности звездолет с твоим внуком полностью контролируется пиратами, ? и вновь голос бригадного генерала вернул Александра Дронова в реальность.

Тот лишь полоснул его взглядом своих серых, как хмурое осеннее небо глаз.

«Мой внук справится. Я уверен, я знаю. Он не входит в эти среднестатистические девяносто пять процентов. Даже если создаться безвыходное положение, то тогда ему просто повезет! Он же у меня везунчик, как я. Умудрился же он занять призовое место в своем первом в жизни покерном турнире. Зеленый сосунок сумел обыграть многих именитых зубров этой игры. Ведь выигрыш в покере это что? Это везение, ум плюс выдержка и умение рисковать.

И всего этого у Алекса хватает, даже с избытком. Особенно везения и умения рисковать. Это надо же, шельмец, оседлал грузовой трансконтинентальный лайнер и сумел-таки уйти от копов. И лайнер оказался не с полной нагрузкой. Иначе… даже лучше не думать. Одним словом, повезло. И сейчас обязательно повезет. Вот разве ума у внука – тютелька в тютельку. Но это и к лучшему. У человека ума должно быть или чуть выше среднего, как у Алекса, судя по его тестам на IQ. Или уж слишком много, как у гения. А промежуточный результат – это плохо. Стандартные задачи такому человеку неинтересны. А для великих свершений ума маловато. Вот и мается человек. Болтается, как дерьмо в проруби», ? Александр Дронов взглянул на часы.

– Ровно через пятнадцать минут отправляем на помощь звездолету крейсеры. И ни секундой раньше или позже. Ясно?

– Да, Александр.

Тогда, там, на Сказке он вернулся на звездолет. Стоять около останков базы и усилием воли отгонять от себя мысли, кто и в каком виде находится под этой грудой металла, было очень тяжело.

Да и бешеная радиация, которую с трудом сдерживал тяжелый скафандр, действовала на нервы и гнала внутрь звездолета.

– Мне еще надо пятнадцать минут, доклад по рации его заместителя Стефана Ковальски застал его у входа в звездолет.

Тогда тоже надо было ждать пятнадцать минут. Секундная стрелка неторопливо проходила круг за кругом. И на каждом из этих кругов жизнь его внука могла оборваться.