Восставшие из Рая

– Что в машине следов каких-то сильных взрывчатых или горючих веществ не обнаружено.

– А что же тогда так сильно горело? ? все так же тихо спросил Александр.

– А что горело в клиниках, происшествия с которыми ты сейчас пытаешься распутать? ? и снова холодный взгляд хищника.

В кабинете повисла пауза. Александр Ермаков еще раз смотрел на фотографию покореженного остова машины, представляя какой огненный ад возник в ее салоне. Он даже передернул плечами.

– А кто был в этой машине?

– Саня пробил регистрационный номер по базе данных.

Машина записана на Дмитрия Валерьевича Козина ? президента банка «Мост-Сити». Но по доверенности, на ней ездит, точнее, ездила его дочь Ксения, студентка последнего курса МГИМО. Так что, думаю, в машине была она. Но уточнишь это и выяснишь остальные подробности ты.

– Я?

– Да, ты. Ты, потому что … ? главный редактор «Грязных тайн России» на мгновение задумался, ? … в загадочных поджогах клиник и в загадочном сожжении «Мерседеса» на Волхонке есть общее.

И общее это ? странность, непонятность этих случаев. Я бы сказал таинственность. Да и вообще, ? длительная пауза, ? с тех пор, как молния ударила в кремлевскую звезду, чего раньше никогда не было, в Москве стало происходить много странных, таинственных событий…

Александр Ермаков невольно посмотрел на фотографию, напечатанную в газете их конкурентов ? яркий росчерк молнии в ночном московском небе, протянувшийся между Храмом Христа Спасителя и Водовозной башней Кремля, как то нелепо наклонившаяся огромная звезда.

А общим фоном выступал сам город, с его бурлящей ночной жизнью: всевозможные ночные клубы, рестораны и сауны, как обычно, увеселяли и ублажали своих посетителей. Но миллионы ампер, уже протянулись к самому сердцу России…

«Храм будто на шпагу взял Кремль», ? мелькнуло в голове журналиста.

– Семеновна! ? громко разнеслось по подсобке, ? Семеновна! Где ты там копошишься?!

– Да иду, иду! ? невысокого роста женщина в синем халате, тихо охнув, придерживая ощутимо круглившийся под халатом живот, встала с небольшой табуретки и, переваливаясь словно утка, поковыляла к выходу из помещения, заставленного всевозможными картонными ящиками и пластиковыми бутылками, спрессованными в одно целое полиэтиленовой пленкой.

У входа в подсобку, прислонившись боком к косяку двери, стоял молодой парень ? высокий, около двух метров детина. Из коротких рукавов синего халата выглядывали толстые руки, обильно покрытые рыжими волосами.